Он медленно принимает боевую форму. Точнее перетекает в нее и обратно. Чешуя появляется и пропадает. Пульсирующие завораживающие превращения.
Взгляд наливается космической чернотой. Прочерчивает по моему телу остро глазами.
Затем он делает ко мне лишь шаг, а я чуть не кончаю от одного этого движения.
— Я запрещаю тебе умирать, — опасно усмехается он.
Не успеваю отреагировать и сказать хоть что-то — я опять стиснута в могучей хватке, от волос и рук до кончика хвоста.
Жгучий, яростный поцелуй сминает мои губы.
"Удивлённо ахаю в жёсткие злые губы — Роргард поднимает меня. Мои подколенные ямки на его предплечьях — он упирается в стену ладонями, пользуется моей раскрытостью, и быстрым точным движением засаживает свой каменный член в меня. Просто идеально…
Не выдерживаю, взрываюсь оргазмом тут же, вою в его губы, сотрясаясь всем телом, цепляясь руками за его шею, царапая его плечи.
Его это только подстёгивает, не даёт передышки, продолжает вбиваться в моё пульсирущее влагалище, лишь слегка замедляется, и тут же переходит просто на бешенный темп.
Всё сливается в моём сознании. Совершенно растворяюсь во власти своего идеального, лучшего самца.
Просто безумие. Оголённая огненная страсть. Лишь одна мысль бьётся в моём плывущем от удовольствия мозге. Мой самец так бешено злится, потому что мог меня потерять. Неужели он… тоже определился?
Глава 35. Изучение
— Я серьезно, Мирей.
Удивительно, но мы в нее оба поместились, и даже для воды места немного осталось. Нежимся в теплой водичке после почти трехчасового марафона.
Мы ведь не остановились на душевой, тщательно и постепенно освоили все доступные горизонтальные и не горизонтальные поверхности в моей небольшой квартирке.
Моя самка мурлыкает от сытого довольства, поэтому я только согласно трусь щекой об его плечо. Охрана? Да пусть охраняет сколько влезет. Я же не против совсем.
Настроения спорить нет совсем. Да и не хотелось больше новых неприятных сюрпризов, подобных сегодняшнему.
Защитить себя я могу в крайнем непредвиденном случае, но это все же прерогатива мужчины. Сильного самца, что защищает свою самку. Так всегда говорила мне мама.