Виталик прав, Константин Маркович если и не выходец из криминального мира, то из околокриминального точно, потому как в выправке охранявших его парней явно угадывался спецназ. Что тут скажешь, нормальных людей не охраняют бойцы с автоматами.
Вот и нечего позориться. И кстати, кто сказал, что Аверин вообще вспомнит, что говорил перед операцией? Болевой шок и все такое. Ольга с досадой затолкала упаковку в шкаф на самую дальнюю полку. Полным идиотизмом с ее стороны в принципе было лезть и искать эти чулки, хорошо, Аверин не телепат, не узнает, что она собиралась их надеть.
Стоп! А откуда он узнает, что она их не надела? Вопрос, конечно, интересный.
Ольга сердито хмурилась, натягивая колготки. Отсутствие секса явно отрицательно сказывалось на ее умственных способностях. Иначе как объяснить это форменное помешательство пусть и на почве очень привлекательного, но все же, пациента? На минуточку, с огнестрельным ранением и ею собственноручно прооперированного!
Наглого, самоуверенного, бесцеремонного — как он вообще посмел назвать ее мелочью? А практиканткой? Ну да, она не двухметровый амбал Виталик, пусть в ней нет метра восьмидесяти пяти Лехи и даже метра семидесяти двух Светки.
«Мама дорогая!»
Ольга вскинулась и даже по сторонам огляделась. Да у нее настоящее сексуальное голодание, коль речь уже пошла о самцах. А ведь все было в порядке, мало того, мысли о сексе вызывали у Ольги желание забежать подальше и спрятаться понадежнее.
Она была уверена, что Богдан настолько удачно похоронил все ее желания, что связываться с мужчинами ей захочется не скоро. И тут вдруг — нате вам, распишитесь, Аверин Константин Маркович. Наглец и жеребец…
«Ой, все!» Твердо пообещав себе выбросить Аверина из головы, Ольга вошла в ординаторскую.
— Привет! — Катерина перед зеркалом поправляла прическу, укладывая локон туда, куда он не планировал укладываться.
Оля встала рядом, с надеждой сравнивая, не выросла ли она внезапно на те несчастные два сантиметра, чтобы сравняться с Катериной. Дорасти до Светки она даже не мечтала.
— Привет, Катюш.
— Здравствуйте, девочки, — послышалось за спиной Лехино. — Оля, у тебя на колготках дырища, видела?
Ольга извернулась, глядя на ногу, и расстроенно вздохнула. Стрелка начиналась под коленкой и расширялась к низу до пятки, скрываясь за задником туфли.