Губы там, губы здесь, мягкие, влажные, розовые, родные. Любил совать и язык, и туда и сюда. Точно знал, как максимально быстро возбудить жену, довести до оргазма.
Под аккомпанемент Аниного шумного дыхания он проделал дорожку из поцелуев к мягкому, безволосому лобку. Поймал губами бугорок, где прятался ее клитор, втянул в рот сладкую плоть, приласкал языком. Затем раскрыл ее ноги еще шире и проник языком внутрь.
Аня была первой и единственной, кого он любил так — без оглядки на принципы, без намека на брезгливость.
Больше Аня не сопротивлялась. Он целовал ее между ног до тех пор, пока жена не изогнулась в оргазменной судороге. Стоило ей застонать от удовольствия, как Тигран схватил ее за талию и потянул под себя. Потом накрыл своим телом, устроился между ее коленей и с удовольствием вошел в такое влажное, сокращающееся от удовольствия лоно. Узкое и бархатное, даже более приятное, чем он помнил.
Застонал от желания кончить сразу. Первый секс за вечер у них никогда не длился долго, а учитывая месяц воздержания, разрядка грозила вот-вот наступить.
— Я скучал по тебе… Как же я по тебе скучал! — рычал он ей на ухо, дурея от пережитого удовольствия.
— Я тоже скучала… — шепнула Аня, крепко к нему прижавшись.
И сделала этим признанием Тиграна очень счастливым.
Он не выпустил Аню из-под себя. Лишь ненадолго вышел из нее, решив полностью раздеть. Ведь до сих пор стянул с нее только низ. Теперь пришла очередь свитера. Он отшвырнул вещь подальше, потом засунул руку под ее спину, нащупал застежку бюстгальтера, резко дернул, сорвал черное кружево.
На какое-то время Тигран застыл, завороженный видом груди любимой жены. Смял одно полушарие ладонью, а второе втянул в рот.
Второй раз он любил ее так же страстно. Входил резко, глубоко, будто старался пронзить насквозь. В то же самое время беспрерывно таранил ее рот языком. Пыхтел от удовольствия, чувствуя, как Аня обнимала его и подавалась бедрами навстречу. Жена извивалась под ним, постанывала, прижималась всем телом.