Не так давно окончательно для себя понял — папа, еще какой. Всегда им останется для этой маленькой девочки.
А после рассказа Ани так переволновался за драгоценную малышку, что аж всего потряхивало от напряжения.
Можно было схватить ее и унести, но не хотел ничего делать силой, пугать. Решил уговорить.
— Малышка, я папа, правда… — сказал ей надтреснутым от переизбытка чувств голосом.
— Мама сказала, ты не папа. Злая баба сказала — другой папа. Ты говорись — папа. Как понять? — Лейла отпустила коляску, топнула ножкой и всерьез собралась разреветься.
А Тигран развел руки в стороны и прошептал ей:
— Я твой единственный папа, маленькая! Я тебя к маме отвезу!
— Правда? — всхлипнула Лейла и сразу кинулась ему на шею.
Он подхватил дочь на руки и поднялся.
Как раз в этот момент две клуши-болтушки, которые якобы следили за ребенком, обернулись в его сторону. Будто только очнулись, сразу заголосили:
— Эй! Поставь девочку! Куда схватил?!
Кинулись к нему, но Тиграна это не остановило.
— Я забираю свою дочь домой! — рявкнул он как можно более грозно.
И пошел в сторону машины, крепко прижимая к себе ребенка.
Женщины бросились за ним, но путь им преградили двое полицейских.
Тигран с Авиком не стали слушать ор и угрозы этих клуш, предоставили полиции разбираться, поспешили подальше.
Добрались до машины и выдохнули. Самое главное сделали — девочку забрали.
— Малышка, поедем домой? — спросил Тигран с улыбкой.
— Скорей бы, — проворковала Лейла, обнимая его за шею.
— Давай посажу тебя.
Тигран нехотя оторвал ее от себя, умещая в детское кресло."
"За три года жизни дочери он тысячу раз возил ее в самые разные места. Так же, как сегодня, усаживал в детское кресло, пристегивал ремнями, целовал кудрявую макушку. Но никогда прежде не испытывал эйфории, подобной той, что охватила его в эту секунду. После долгой разлуки с ребенком Тигран особенно сильно почувствовал связь, которая возникла с той самой первой поездки, когда он забирал Аню из роддома.
Помнил, как облепил машину наклейками: «Еду за дочкой», «В салоне маленькая принцесса», «Счастливый отец». Помнил, с каким трепетом припарковался у роддома, впервые взял малышку на руки. Но даже тогда он не испытывал к Лейле такого всеобъемлющего чувства, какое завладело им теперь. Любовь настолько яркая и сильная, что даже дышалось с трудом.
И при чем тут какая-то ДНК?
Глава 64. Все на свои места
Вадим Корсаков всегда считал себя удачливым человеком.