Это каким же образом? Мы тут шутки шутим, но… он мой шурин.
– А еще самый порочный человек на земле. – Киллиан выпустил в воздух кольца дыма. – Я с ним разберусь. Разнюхаю. Выясню, что он задумал.
– Нет… – Я повернулась к обоим братьям. – Это сделаю я. Он меня не заподозрит.
– А вот я тебя подозреваю. – В глазах Хантера вспыхнула тревога. – Без обид, сестренка, но даже Руни знает, что тетя Эш влюю-биина в дядю Сэма. И я сейчас не о том, что ты патриотка Соединенных Штатов[28].
– Но послушай, именно поэтому вариант идеальный, – в отчаянии возразила я.
– Я хочу, чтобы он даже близко к тебе не подходил, – процедил Киллиан.
– Вот незадача, старший братец. Мне двадцать семь. Ты не можешь вечно меня оберегать.
– Поспорим? – ухмыльнулся Киллиан.
Я смерила его взглядом. Брат вздохнул. Мы все хотели поскорее закончить и заняться своими делами.
– Ладно. Можешь проследить за Сэмом, Эш. Только не забывай, что спать со своим объектом зазорно, – резко сказал Киллиан.
– А я помолюсь за ваши души. – Хантер перекрестился и закатил глаза. – Потому что вы оба тупицы, которые пересмотрели «Место преступления». Это сделала Джейн. Хотела отомстить отцу за то, что сунул член не в ту киску, но слегка перестаралась. Она не впервой идет на крайние меры и устраивает истерику. Помните, как отец подарил ей сад бабочек, когда она узнала, что он трахал ее сестру? Мне, конечно, эта тетка никогда особо не нравилась, но тогда мать бросила всю его коллекцию часов Rolex в кухонный комбайн и врубила на полную мощность.
У нас дома был сад бабочек, который построил отец, чтобы продемонстрировать Джейн Фитцпатрик свою вечную любовь. Любовь, которая стоила ему коллекции роскошных винтажных часов в шестьсот семьдесят тысяч долларов.
– Спасибо, что возродил эти славные воспоминания и напомнил мне о том, что я потомок двух самых отвратительных людей, когда-либо живших на этом свете.
Но это не было случайностью. Я знаю.
Потому что athair никогда бы не совершил такую ошибку.