Проследив за тем, чтобы приятели Марко закусили и выпили, Кларисса села рядом с Микеланджело перед горящим камином, — дело было в гостиной, украшенной чудесным терракотовым фризом. При свете камина Микеланджело разглядывал лицо Клариссы, такое нежное и в то же время такое страстное.
— Приятно поговорить с человеком одного с тобой возраста, — сказала Кларисса. — Ведь все друзья Марко гораздо старше меня.
— У вас нет друзей помоложе?
— Теперь уже нет. Но я все-таки счастлива. Разве не странно, Буонарроти, что девушка, выросшая в крайней нищете, смогла так легко и просто приспособиться к этой вот роскоши?
— Не знаю, мадонна.
— Что же у вас за интересы? Помимо скульптуры, конечно.
— Поэзия. — Он страдальчески улыбнулся. — Я потратил две бессонных ночи, чтобы написать вам сонет.
— Вы написали мне сонет? — изумилась она. — Мне никогда еще не писали сонетов. Можно его послушать?
Микеланджело густо покраснел.
— Не думаю. Но я перепишу его и принесу вам. Вы прочитаете его наедине.
— Ну, зачем же вы так смущаетесь? Всегда приятно знать, что кто-то к тебе неравнодушен. Я принимаю ваше стихотворение как комплимент.
Микеланджело опустил глаза. Как признаться ей, что подобная игра для него столь же нова, сколь и тароккино? Как дать ей понять, что все его существо охвачено жарким огнем страсти?
Он поднял взор и увидел, что она пристально смотрит на него. Она ясно читала все его чувства. Она вложила свою руку в его руки и впилась взглядом в его оробевшее, сконфуженное лицо.
— Что это свалилось на твой нос, Микеланджело?
— Окорок.
— С прилавка мясника? И как же ты не успел уклониться?
— Тот, кто живет близ Везувия, не успевает бежать от лавы: лава заливает его прежде, чем он поймет, что она подступила.
— Была у тебя любовь?
— В некотором роде.
— Любовь всегда бывает в некотором роде.
— А бывает любовь просто, без всяких условностей?
— Право, не знаю. Люди порой вступают в брак по политическим соображениям, — вот, например, Виоланта Бентивольо вышла замуж за Пандольфо Малатеста в Римини; на свадьбе у них всем распоряжался твой друг Альдовранди.
— Ну, а какие чувства друг к другу у нас с тобою?
Она выпрямила спину, шелк ее платья, всколыхнувшись, резко зашуршал.