— Символизирующее Флоренцию? Вроде «Льва» Мардзокко?
Видя, как встревожен Микеланджело, Ручеллаи улыбнулся.
— Нет, зачем же второго льва! Вероятно, им нужен некий символ их новой республики…
Сложив пальцы наподобие зубчатого резца, Микеланджело в раздумье почесал голову.
— Какая же именно статуя может служить символом республики?"
"— Не исключено, что такой вопрос станет частью конкурса. Чтобы художники ответили на него…
Паоло передавал Микеланджело все новые сведения из Флоренции, как только они, перевалив Сабатинские горы, достигали Рима: конкурс состоится в 1500 году, в память столетия конкурса на двери Баптистерия.
— Уже на исходе лето девяносто девятого года! А у меня осталось еще столько работы над «Оплакиванием», — говорил Микеланджело, страдальчески морща лицо.
Паоло обнял Микеланджело, чувствуя, как у него дрожат плечи.
— Я непременно извещу тебя обо всем, что только узнаю о конкурсе. И цех шерстяников еще не один месяц будет спорить и думать, пока установит условия.
Кто проиграл, пытаясь упредить бег времени, так это кардинал Сен Дени. Ему так и не удалось посмотреть на законченное «Оплакивание», хотя он и перевел последнюю сотню дукатов в банк Галли в начале августа, когда скульптура должна была бы уже стоять в храме.
— Кто теперь будет решать, является ли мое «Оплакивание» «самой лучшей из работ по мрамору, какие только есть сегодня в Риме»?
— Кардинал уже решил это.
— Потребуется еще месяцев шесть, а то и восемь.
— Значит, вы кончите ее как раз в завершающий год столетия. Такой случай обеспечит вам зрителей со всей Европы.
Микеланджело смущенно заерзал в своем кресле.