И только до главного блюда все никак не доходят руки.
Точнее… ну, вы поняли.
Кит усмехается. Опрокидывает меня на кровать, рядом со сваленными в кучу вещами, и нависает сверху. Глядя мне прямо в глаза, опускает вниз бретельку моего хлопкового сарафана и сдавливает между пальцев сосок.
— Сделай это! — умоляю я.
Кит снова улыбается, качает головой и задирает юбку, оголяя бедра. Опускается между ними и толкается в меня через одежду. Шиплю… Рыком стаскиваю с него шорты и сжимаю в ладони член. Стеснения нет. Оно давно пропало.
— Дождись меня.
— Я дождусь!
— Вот тогда его и получишь… — Кит сдвигает в сторону мои трусики и скользит вверх-вниз по влажным, налившимся в ожидании ласки лепесткам. Я закусываю губу и выгибаюсь. Меня ведет от эмоций. — Хочу знать наверняка, что ты дождалась. Сечешь?
Его лицо темнеет. Он впивается в меня взглядом темных, переполненных страстью глаз, взгляд которых пробирает меня просто до костей. Проходит несколько долгих тягучих секунд, прежде чем до меня доходит смысл его слов.
— А на слово ты мне, выходит, не поверишь?! — рычу.
— Поверю. Но так, — Кит осторожно погружает в меня палец, — так будет надежнее.
— Иди к черту!
Подумать только! Я столько недель гадала, почему же он останавливается на самом интересном, когда даже моя защита пала, и тут выясняется, что он просто не доверяет мне!
— Ни за что.
Он гад! Да, гад! Иначе не скажешь. Но я не могу ему отказать. Потому что люблю его до дрожи в коленях, потому что хочу, чтобы ему было хорошо… Зажмуриваюсь и заставляю себя расслабиться.
— Так лучше, — одобрительно шепчет Кит. — Моя девочка. Я люблю тебя…
Не хочу думать о том, что он мне не доверяет! Пусть! Я докажу ему, как он был не прав. Он вернется и закончит начатое, а пока… Толчком заставляю Кита перевернуться.
Перекидываю ногу через него. Провокационно облизываю губы. Я ни с кем этого не делала. Кит — мой учитель.
Сжимаю его ствол в руке и, медленно наклонившись, вбираю головку в рот. Горчит… Горечь перед предстоящим расставанием — она повсюду. Но я не позволяю ей отравить этот миг. Я вбираю его глубже и выпускаю, вбираю и выпускаю…"
"Я все еще ощущаю на губах его вкус, когда мы прощаемся.