— Нужно вникнуть в эту историю с «Прибоем». Узнать, кто кому что свинтил. Может, стоит зайти с этого бока? Разыскать хозяев и накопать компромат на Архипа».
И все-таки поговорить с Яной.
«Ты меня еще любишь? Мне нужно точно знать, девочка! — снова поднимаю голову к пентхаусу и пытаюсь разглядеть, кто там стоит у перил. Чуйка мне подсказывает правильный ответ на этот вопрос. А разгулявшаяся фантазия уже рисует смачные картинки. — Яна, Яночка, — мысленно зову я. — Нам нужно свидеться без посторонних? Как мне убедить тебя в серьезности намерений?»
35
Никита
Мою любимую можно сравнить с Рапунцель.
«Нет, Яна не такая», — вздыхаю тяжело и снова выхожу к морю. И чуть не ору от радости. На пляже бегают уже знакомые мне дети. А сама Яна и еще какая-то женщина сидят неподалеку в шезлонгах.
Ускоряю шаг и тут же останавливаю себя.
«Не беги, придурок! Не дай Василиди повод заподозрить что-то!»
— Привет, — подходя ближе, машу рукой любимой женщине. А на самом деле готов из штанов выпрыгнуть, только бы повидаться с моей ненаглядной. Поговорить… Сейчас я на большее не рассчитываю. Хоть бы увидеться и поболтать. И на том спасибо!
Вот только поговорив со мной, она через пять минут вернется к другому. Сердце сжимается, только стоит подумать о таком.
— Привет, — улыбается Яна. — Как отдыхается?
— Все нормально, — пожимаю плечами. — А ты как?
Беседа не клеится. Язык прилипает к нёбу, а руки в одночасье становятся потными и липкими. Что же это такое, твою мать?
— Знаешь, — смеется радостно Яна. — Твой Гусев женится…
— Да? На ком? — интересуюсь оживленно. Хотя сейчас мне меньше всего хочется трепаться о Гусе. Поговорить бы о нас. Но рядом сидит худая коротко стриженая тетка и внимательно смотрит за детьми и не пропускает ни одного слова из нашей беседы.
Перевожу взгляд на совершенно спокойное море, на детей, бегающих по берегу.
— А давайте построим замок! — громко предлагаю я окружающим. Благо в этой части пляжа посторонних нет.
— Да! — дружно вопят близнецы. — Точно! Замок! Мама, ты с нами?
— Ну конечно, — кивает Яна и вслед за мной направляется к небольшой песчаной линии.
— Ну что, Макаров, тряхнем стариной? — открыто улыбается она.