— Отличный вариант, — коротко кивает муж. — Помоги Лауре переодеться… А ты, — зверем смотрит он на Никиту. — Чтоб ноги твоей больше не было в моем отеле. Понял?
— Конечно, — кивает Макаров. — Я уеду. И сочту своим долгом доложить об этой безобразной сцене Марку и Мише. Нормальные люди не имеют ничего общего с мудаками, поднимающими руку на женщин. Прощай, Архип…
Я смотрю на любимого, стоящего посреди зала. Широко расставленные ноги, руки в карманах и вскинутая голова делают его победителем в сегодняшнем споре. Макаров спокоен и холоден.
— Подожди, Никитос, — хватает он за руку Макарова. — Давай поговорим без шума. Я погорячился. Знаю же, что у тебя желудок больной. Хотел помочь…
— Я поеду, Архип, — осторожно высвобождается из легкого захвата Никита. — Потом поговорим.
Идет вперед и открывает двери мне и детям. Мои притихшие мальчишки смотрят виновато и испуганно.
— Папа ругается из-за нас, — шепчет Никос.
— Все хорошо, мои дорогие, — говорю, стараясь не сорваться.
— А… — пытается возразить она. Но я, вызвав кабину лифта, — подталкиваю ее вперед. И как только двери закрываются, поворачиваюсь к Никите.
— Уезжай. Мне кажется, он хотел тебя отравить…
— Скорее всего, подсыпал какой-нибудь наркоты, — морщится Макаров и глядит на меня внимательно. — Поедем вместе, Яна. Пять лет назад примерно на этом же месте я просил тебя о том же. Но тогда забыл сказать самое главное.
— А дети? — вскидываюсь испуганно.
— С нами, конечно, — улыбается он. — Машина у крыльца. Сразу в погоню никто не бросится. И мы выгадаем время. Соглашайся.
Хочу отказаться. Еще раз объяснить, что от Архипа не скроешься, но неожиданно для себя киваю, соглашаясь.
— Сможем удрать? — спрашиваю с надеждой.
— Естественно, — довольно ухмыляется Никита и, подхватив моих сыновей под мышки, деловито идет к выходу.
А я с Миланой семеню следом.
У меня нет с собой денег, вещей, телефона и даже документов.
43
Никита
Честно говоря, я сам до конца не осознаю, что удастся сбежать.