— Отличное видео, — усмехаюсь невесело и уже собираюсь попросить Никиту отключить эту дурацкую съемку, когда в открытую дверь вбегает Лаура. Телефон прижат к уху, и она послушно кивает.
— Да, Архип. Сейчас я вернусь. Янна осталась внизу. Ну, с кем-с кем!
По-хозяйски спешит в гардеробную. И у меня запоздало создается впечатление, что она бывала в пентхаусе, и не раз! А значит… Додумать я не успеваю. Эта стерва хватает с постели мою блузку. Разглядывает ее так, что на экране отчетливо видна ее мерзкая брезгливая рожа.
— Лаура, — доносится из динамиков голос, так похожий на мужнин.
Архип поднялся следом за Лаурой? Но он не мог. В это время в него уже стрелял Тимур.
Как зачарованная, смотрю на экран, где не сразу появляется невысокого роста мужик в мятой рубашке и таких же штанах. Достает из кармана пистолет и, прицелившись, презрительно бросает.
— Вот я тебя и застал, голубушка!
— Ираклий, — блеет Лаура.
— Не заговаривай мне зубы, стерва, — шипит он и стреляет почти в упор.
— Не смотри, — рычит в бешенстве Макаров и пытается отвернуть от меня экран ноута.
— Подожди! — цепляюсь пальцами за край. — Это же меняет дело. Значит, Марина не виновата!
И пока мы перетягиваем ноутбук, словно канат, в разные стороны, на выстрел вбегает нянька.
— На, подержи, — говорит ей Ираклий и, вручив пистолет, выходит из спальни. Слышится шум лифта.
— Кто это был и куда он пошел? — спрашивает обалдело Никита.
— Лаурин бывший муж, — шепчу я, пряча лицо на груди у Макарова. — Что же это получается… Архипа и Лауру убили из ревности?
— И что теперь делать? Нести запись ментам? — тяжело вздыхает Никита. — Но если этот Ираклий или его сообщники заподозрят…
— Тимур — его племянник. Вот никогда бы не подумала. Бедная Марина. Нужно ей нанять адвоката.
— Странно, что при обыске в пентхаусе не нашли брошку с камерой, — пожимает плечами Никита.
— Мне не уснуть, — дрожу всем телом.
— Я знаю средство. Раньше действовало на тебя безотказно, — серьезно заявляет Макаров и смотрит на меня выжидательно. — Если ты против, лягу на диване. Но я бы хотел вместе. Мне нужно чувствовать тебя, девочка. Слышать твое дыхание и знать, что ты рядом. Осязать тебя…
— Мне тоже, — хныкаю я, прижимаясь к широкой груди. Осторожно расстегиваю пуговицы на рубашке.