— Вот только ты так и остался там, в том придорожном мотеле. И до сих пор считаешь меня деовчкой по вызову. Хотя тогда у меня никого кроме тебя не было. Но видимо я слишком легко тебе досталась.
И бросив презрительный взгляд на человека, которого любила всю жизнь, прохожу мимо.
Помрачневший Никита стоит скалой и не двигается с места. Мне бы заползти в темный угол и зализать раны. Пореветь белугой и решить, как жить дальше. Выкинуть из души и сердца Макарова и попытаться на обломках построить новую себя.
— Подожди, — хватает меня за руку Никита. — Не смей сбегать. Ты права, ничего не изменилось. Я люблю тебя. Все эти проклятые годы любил.
— Пусти. Я устала…
47
Никита
Ощущение — будто дали под дых. Врезали навылет. Особенно, когда Пантелей заикнулся о Милане. Представляю свою девочку в его лапищах и даже продохнуть не могу. В глазах темнеет от дикой злобы.
— Подожди, — хватаю Яну за руку. — Если устала, на руках отнесу в номер. Сделаю массаж.
— Знаешь, — Яна смотрит на меня, не мигая. — В мире полно людей, на чье мнение мне наплевать. Но только не на твое, Никитос. И если ты до сих пор считаешь меня…
— Да ничего я не считаю! Люблю тебя. Но как представлю, что ты еще и с этим была, так сдохнуть хочется.
— Ты же доктор, Макаров. Про ЭКО знаешь? — печально улыбается Яна. Не двигается с места.
— Это была идея Архипа, — добавляет отводя взгляд. — Он мне не оставил выбора.
Киваю и как зачарованный, глажу ее руки. От запястья к локтю. Выравниваю дыхание. Утыкаюсь носом в макушку и шепчу хрипло.
— Ну, мы дел наворотили, Яночка. Как бы теперь разрулить?
Вдыхаю родной и такой знакомый запах и пьянею от желания.
— Не знаю, — всхлипывает Яна. — Я вот все время возвращаюсь мысленно в тот мотель и пытаюсь понять, что было бы, не поссорься мы тогда.
— А я готов смотаться туда на машине времени и броситься следом. А то стоял у окна.
Осторожно провожу пальцем по щеке и тут же приникаю к губам с поцелуем. Я хочу эту женщину. Несмотря ни на что! Только ее.
— Пойдем в номер, — предлагаю, взяв за руки.
— Если только по отдельности, — шепчет Яна. — Нужно соблюсти приличия.
— Да пошли они, — рычу, не сдерживаясь.