Взглядом упираюсь в чертову машину, которую теперь ненавижу всей душой, и успокаивающе поглаживаю свой живот, все ещё не веря, что внутри меня растёт маленькая жизнь. Мимо дома на скорости проносится автомобиль, и я вдруг вспоминаю о том, что оставила телефон в кухне. Такси! Я же вызывала такси!
Я уже собираюсь возвращаться в дом, когда входная дверь открывается и во дворе появляется Игорь.
— Все хорошо? — Он выглядит встревоженным, сканирует меня взглядом и останавливается в шаге от меня.
— Да. Просто рыба… — морщусь я, вспоминая жуткую картину.
— Обойдемся сегодня без рыбы.
— Что?
— Я выбросил ее. Карина, конечно, подняла шум, фаршированная щука должна была быть главным блюдом, но, по мне, так и шашлык сгодится, — с нотками веселья в голосе произносит он.
— Она не простит тебе. Минус одно очко твоей репутации. Этот ужин должен быть идеальным.
— Ну, тогда ей придётся залезть в мусорное ведро. Так что, если на столе появится рыба, предупреждаю: не ешь ее, — подмигивает он, и на мгновенье я зависаю, потому что на его лице вдруг появляется красивая улыбка, а глаза искрятся весельем.
Мы стоим друг напротив друга, неловко переминаемся с ноги на ногу и отводим взгляды в сторону, не зная, что ещё сказать. Мне хочется дать себе подзатыльник за мысли о том, что рядом с Игорем я вдруг чувствую себя более уверенно в этом доме, потому что, вообще-то, это именно он притащил меня сюда.
— Тебе не обязательно помогать на кухне.
— Да, я бы отдохнула, все еще не могу привыкнуть, что теперь даже на обычную еду у меня возникает странная реакция. Только телефон свой заберу, — говорю как можно беззаботнее, чтобы Игорь не заподозрил моей попытки к бегству.
Глава 18
Вика
Игорь проводит меня в просторную светлую комнату на втором этаже. Окна выходят на задний двор, а в нескольких метрах от дома начинается сосновый лес. Вид просто неимоверный.
— Нравится? — Я не замечаю, как он оказывается у меня за спиной. Его горячее дыхание щекочет шею, и по позвоночнику проходят мурашки.
— Да, красиво."
"Я бросаю взгляд вниз и замечаю Юру. С такого расстояния я с легкостью могу рассмотреть его задумчивый вид. И снова это непередаваемое ощущение, когда и впереди тебя, и за твоей спиной находятся две копии одного и того же человека. Когда грани размыты до такой степени, что уже не различаешь, кто есть кто.