Сообщение, что Вестлинг тёрся возле Веры, даже два сообщения: от людей, что присматривали за Вестлингом и за Верой, Марк получил по дороге из больницы и они ему совсем не понравились.
И пусть, раздумывая над тем, кого бы из адвокатов озаботить её разводом, он позвонил именно Вестлингу и узнал, что Ваан уже его об этом попросила. Пусть не знал, о чём они говорили с Верой (ему прислали фото), то, что Вестлинг смотрел на Белку как на десерт, трудно было не заметить. Даже хуже: она явно им заинтригована.
Чёрт! Марк решил дать ей время, а не выбор.
И это его слегка подбешивало.
Но одно он понял точно: если его отец был цементом, на котором держался мир, то в этой войне сейчас каждый играл за себя и против остальных, а не все вместе против Марка. А, значит, по одному, как клопов, их и нужно давить. По одному — это не сражаться с системой. По одному — это Марк умел.
— Давай, давай, Стелла, за работу, — похлопал он в ладоши, чтобы она уже одевалась. — Или ты думала, я заехал к тебе душ принять и поплакать?
— Честно говоря, я думала, ты приехал поспать, — затушила она очередную сигарету, что только что раскурила.
— Значение сна сильно преувеличивают, — остановился он в дверях. — Там, кстати, Мамай ноутбук отца привёз. Думаю, в нем есть всё, что ты хотела или не хотела знать. И я заодно. И вытащите из него всё, что там будет по Холмогорову.
— Си, патрон, — приложила она ладонь к голове, отдавая честь. — Кстати, а где был Мамай? И ты куда?
— Много будешь знать…
— Рано состарюсь?
— До старости не доживёшь.
Но ровно в тот момент, когда лифт открылся на подземной парковке, где Марк оставил машину, он пожалел о том, что нет у него ни мясорубки, ни меча.
Кто-то явно решил объяснить Реверту, что ему здесь не рады, совсем неделикатно.
Разряд электрошокера отбросил его на пол.
Секундная мучительно яркая вспышка боли и… темнота.
Глава 17. Вера
Чёрт бы тебя побрал, Реверт!
Какой бы равнодушной Вера ни выглядела, она едва справилась с бьющимся сердцем после его поцелуя.
И оно снова рвануло вскачь, когда она вошла в Зойкину палату вслед за покинувшим её врачом и увидела написанный на клочке бумаги рукой Марка телефонный номер. Только он так рисовал восьмёрки, что они были похожи на спущенные петли. А в номере их было три.