Или, может, второе хочешь? Марина ещё подливку сделала, из говядины с грибами.
— По рецепту твоей мамы?
— Ты и это помнишь? — теперь бывшая жена точно удивилась, и Виктор кивнул.
— Ириш, я помню всё.
Он мог бы сказать: да, я помню всё. Потому что больше нечего помнить. Самое важное и любимое осталось там, в прошлом, с вами — с тобой, Максом и Мариной, со строгой Натальей Никитичной, которая всегда что-нибудь готовила, когда приезжала в гости.
Там осталась семья. Там осталось счастье. Там осталась жизнь.
Единственное, что не осталось в прошлом, не покинуло Виктора, а так и продолжало жить с ним, в его сердце, в мыслях и мечтах, была любовь.
Любовь, в которую Ира всё равно не верила.
Поэтому он промолчал.
68
Ирина
После ухода Виктора она долго стояла у окна и смотрела на заснеженный двор. Теперь, когда Максим заткнул щели, можно было находиться здесь гораздо дольше, любуясь на ёлку, поставленную посреди детской площадки, играющую детвору, мигающие огоньки гирлянд…
«Ириш, я помню всё».
Она тоже… помнила.
А про Толю он так толком ничего и не сказал… И если с родителями всё было понятно, то с чего вдруг Виктору пришло в голову ехать к её младшему брату? При чём тут он? Неясно. Ещё и Марина с Максимом активизировались… Странно всё это.
Ирина отошла от окна, села на кровать и взяла в руку мобильный телефон.
— Ириш, — брат снял трубку практически сразу, и по его голосу она услышала — переживает. Из-за чего? — Как ты?
— Хорошо. А ты? Говорят, сегодня к тебе Витя заезжал.
— А… — Толя запнулся, кашлянул и ответил немного сдавленно: — Да, было дело. Он сам тебе рассказал?
— Конечно, кто же ещё. Не пояснил только, по какому поводу.
— А нужен повод?
— Толя…
Мутят они все что-то. Ирина это уже поняла. Столько совпадений сразу не бывает.
— Ириш, всё нормально. Виктор же с Ульяной собирается общаться, да и с Ромой познакомиться был не прочь. Посидели, поговорили… Или ты чем-то недовольна?"
"— Нет, как раз наоборот. Хорошо, что встретились. Просто удивительно. Ты ведь двенадцать лет назад мне про него такое говорил… неприятное.