Девушка была понятлива и расторопна, и у Виктора с самого начала не было к ней практически никаких нареканий — идеальный работник, да и только. Вежливая, старательная, милая и обаятельная. «Приятно на неё смотреть» — так он тогда думал.
Горбовский в то время считал Дашу чистым и наивным существом — потому что именно так она себя и вела. Не крутила хвостом, не пыталась подкатывать и делать намёки — подобное поведение Виктор всегда пресекал, — а была исключительно непосредственной. И Горбовский быстро догадался, что она в него влюбилась.
Горбовский знал, что не красавец, а мужчина весьма специфической внешности. Даша могла бы выбрать кого угодно другого, моложе и привлекательнее. А она влюбилась в него… и так трогательно стеснялась своего чувства, что у Виктора каждый раз дух захватывало.
И нет, хотеть Дашу он начал не с первого дня, как увидел. Теперь-то Виктор понимал, что она постепенно обрабатывала его, обтекала, как вода острый осколок стекла, и старалась сделать всё, чтобы он был уверен в её чистоте и непорочности. Даже тогда, в двадцать с небольшим лет, у Даши были очень чёткие и циничные мозги, не имеющие ничего общего ни с моралью, ни с нравственностью, ни с добротой, ни с порядочностью. Всё это для неё было не более чем блажью и лирикой.
Но Виктор в то время пребывал в уверенности, что столкнулся с честной и по-настоящему хорошей девушкой, которая просто сильно влюбилась. Чувства контролировать нельзя, поэтому он не стал увольнять Дашу от греха подальше. Общался с ней как ни в чём не бывало, радовался, когда она ему ассистировала во время работы, и купался в обожании.
Сейчас Виктору было странно вспоминать о том, каким он был дураком…
14
Виктор"
"А потом он начал обращать внимание на отличную фигуру Даши. Крепкие грудки второго размера, упругая попа, покатые бёдра… Всё это постоянно мелькало перед Виктором, не обнажённое, но весьма провокационно обтянутое, и он невольно залипал.