Быстро умывшись и натянув темно-синее платье – скромное, но достаточно приличное для заутренней молитвы, – я уже подхватила сумочку и стояла в гостиной, когда в нее вошел дедуля.
Все-таки разбудил его этот гад!
– Куда ты собралась? – удивленно выдохнул Ирпур.
– На фиг, – вырвалось у меня. Брови дедули изумленно взметнулись. Пришлось отредактировать версию: – Строить семейное счастье, как ты и просил.
– Но на дворе еще ночь! – изумился дедушка.
Да, правда в его словах была, потому как зимой в это же время стояла непроглядная темень.
– Не ночь, а начало дня – самое время для строительных работ.
– М-да, похоже, я многого не знаю о свиданиях, – пробормотал себе под нос дедушка, но так, что я через всю комнату смогла это услышать, а после он добавил чуть громче: – Ну, тогда удачи тебе, внучка.
– Спасибо, она мне не помешает, – поправив шляпку, отозвалась я и вышла из дома к ждавшему на крыльце Версанту.
Того, к слову, ничуть не огорчил мой демарш с дверью, он даже (самое обидное) некроманту не повредил. А жаль! Расквашенный нос был бы для меня приятным утешительным презентом к сегодняшнему отвратительно начавшемуся дню.
Вирсент галантно предложил свой локоть, и мне пришлось положить на него ладонь, завершив конструкцию из двух рук, положенную этикетом.
– Мы не поедем? – уточнила я, глянув на пустую улицу.
– Я решил, что у центрального храма будет слишком много карет.
«Да почти все! Особенно сон», – чуть не вырвалось у меня. Лишь неимоверным усилием воли сдержала эти слова, как и зевоту, рвавшуюся наружу.
– Ну хорошо, – вслух процедила я, понимая, что помимо воли действительно выполняю обещание, данное дедушке, – иду на свидание. Потому как все вокруг подходило под описание этого мероприятия: неспешная прогулка вдвоем, такой же неспешный разговор… опять же молодой и холостой мужчина рядом.
– У тебя есть план?
– Пока нет, – безмятежно ответил Вирсент. – Но за двадцать один квартал мы его обязательно придумаем и подробно обсудим."
"От такого ответа меня чуть не порвало на тысячу маленьких Ирэночек, каждая из которых вопила бы благим матом.