Белая кружевная из незнакомой мне ткани – тонкой, но теплой.
– Амфи, – позвала я ящерицу, помня, что она падка на наряды, – смотри, какая прелесть.
Но в ответ раздалось неожиданное:
– Избавь меня от девчачьих глупостей.
Я удивленно уставилась на ящерицу. Что за резкая смена вкусов? Еще пару часов назад Амфи визжала от восторга при виде моего платья, а сейчас это уже «девчачьи глупости». Почудилось, что даже голос у ящерицы звучит иначе. Грубее, что ли.
– Амфи, ты не заболела? – забеспокоилась я."
"Ящерица ответила серией возмущенных фырканий, а я подозрительно сощурилась.
Срочно нужна проверка. Я схватила бледно-розовое покрывало и подушку с дивана противного грязно-коричневого цвета.
– Какой цвет тебе больше нравится?
– Уж точно не поросячий, – скривилась ящерица.
– А ну-ка быстро говори, что ты думаешь о моей прическе? – я тряхнула волосами.
– Я о таких вещах вообще не думаю.
– Что лучше – маникюр или рыбалка?
– Чего? – у Амфи вытянулась морда.
Ладно, с маникюром я переборщила, но и так ясно – передо мной никакая не девочка.
– Кто ты, Амфи? – спросила я и сразу предупредила: – Отвечай честно, если хочешь остаться со мной.
– Если ты опять о моем поле, то он меняется в зависимости от настроения, погоды и ситуации, – признался Амфи. – Но это только между нами. Я не люблю об этом говорить.
Итак, мне в спутники достался гермафродит. Хотя чему удивляться, среди ящериц подобное встречается и в моем мире.
Одна беда – Амфи меняет пол непредсказуемо и быстро. Перед ужином он был девочкой, а сейчас уже явно мальчик. Придется следить за его резкими переменами. Но теперь хотя бы я к ним подготовлена.
Разобравшись с полом Амфи, я умылась, переоделась и юркнула под одеяло. Несмотря на все ухищрения, в спальне было довольно прохладно.
Едва я легла, как Амфи быстренько вскарабкался ко мне на постель.
– Стоп, – взмахнула я рукой и уточнила: – Ты кто сейчас мальчик или девочка?
– А есть разница? – напряженно застыл Амфи.
– Еще какая! Мальчик спит на кресле. Девочка, так и быть, может спать со мной в кровати.
Амфи посопел недовольно, а потом развернулся и потопал на кресло. Что ж, хотя бы не обманул.
Мы оба улеглись – каждый на своем месте, и свечи тут же погасли, погрузив спальню во мрак.