Я совсем не готова к осторожному рывку вперед – и поцелую.
Его губы дотрагиваются до моих несмело, будто впервые, спрашивая у меня разрешения на большее, откровенное и чувственное. Простой, почти целомудренный поцелуй ошарашивает: ненадолго я полностью теряюсь и неосознанно приоткрываю рот, уступая; забывая обо всем на свете, переполненная эмоциями и ощущениями.
Антон издает довольный вздох и вжимает мое тело в свое уже с жадной уверенностью. Кончик его языка проходится по краю моей верхней губы, и, дрожа, я самовольно прислоняюсь к мужу, на миг потеряв равновесие и почву под ногами.
Хватка горячих ладоней на моих плечах крепнет. Меня и Антона окончательно затягивает в дурманящий омут тоски друг по другу.
Меня качает на волнах безбрежного забытья, однако не долго. Память возвращается внезапно. Всхлипнув, я делаю шаг назад, болезненно врезаясь бедрами в край столешницы, и отталкиваю потянувшегося следом Антона.
– Не надо, – шепчу я и открываю глаза.
Долю секунды спустя мой взгляд встречается с его, недоумевающим и еще отражающим наше недавнее взаимное помутнение рассудка.
– Вера… – Антон ограничивается моим именем, наверняка не зная, что можно сейчас сказать.
– Давай не будем усложнять, – прошу я, беззвучно считая собственные вдохи и выдохи. – Сегодня трудный день, я понимаю, но… Не надо.
Лицо Антона меняется. На место растерянной уязвимости приходит невыразительная холодность.
– Как скажешь. – Он отступает.
Расстояние между нами неумолимо увеличивается. В груди тянет, безотчетный, противоречащий здравому смыслу порыв: сократить дистанцию и вновь почувствовать исходящие от Антона тепло и силу, – едва не сносит меня с места.
– Я поеду с тобой, если… – Взяв трусливую паузу, я прокашливаюсь. Антон не спешит развеивать мои сомнения, лишь внимательно смотрит, ожидая продолжения уже сказанных слов. – Если ты все еще не против.
Он отвечает не сразу. Прищурившись, как будто прямо сейчас взвешивает свою недавнюю просьбу, он не отводит от меня пристального взгляда несколько мучительно неопределенных секунд, в течение которых ритм моего сердца успевает ускориться вдвое.
Фигура Антона неподвижна и напряжена, черты лица нейтральны, однако мне кажется, его одолевают серьезные сомнения. Слишком информативна возникшая в нашем разговоре пауза.
Не выдержав ожидания, я отворачиваюсь. Быть может, мне стоит молча уйти. Быть может, опережая Антона, отозвать свое согласие на поездку.