Он нахмурился, продолжая разглядывать бездушные болванки с таким видом, словно раздумывал, каким способом их уничтожить.
– Чего вы ждете? – поторопил он меня.
– Может быть, вы выйдете?
– Что?
– Я не могу переодеваться, когда вы здесь.
Каллеман посмотрел на меня, будто только сейчас понял, о чем идет речь, и собирался что-то сказать, но не сделал этого и молча вышел из гардеробной. А я посмотрела на отобранный им наряд, сняла его с манекена и принялась расстегивать собственное платье. Сложное занятие, между прочим.
Большое зеркало, прикрепленное на одной из стен, решило мне польстить, представив мою внешность в самом выигрышном свете. Или это действительно свет аров падал так, что казалось, будто волосы у меня отливают чистым золотом, а глаза зеленеют майской листвой?
Я скорчила рожицу своему отражению, развернулась и пошла к выходу, размышляя на ходу, что будет дальше и чего ждать от жизни.
***Каллеман стоял у окна. Его темные волосы казались еще темнее на фоне светлого квадрата, а фигура – массивнее. Интересно, сколько ему лет? Я знала, что высшие могут жить очень долго, некоторые – до пятисот и больше, но до переезда в Амвьен никогда не общалась с сильными магами, а потому и не могла с уверенностью сказать, каков возраст моей тети или же лорда Каллемана.
Я присмотрелась к мужу внимательнее. Седины нет. И кожа гладкая, ни одной морщинки. И лицо такое… молодое. Странно. При первой встрече оно показалось мне старше и суровее, а сейчас, когда маг задумчиво смотрит вдаль, складки у его губ исчезли, да и выражение изменилось, стало мягче. Такой Каллеман мне даже нравился. И казался совсем не страшным. Или это на меня переполняющая душу благодарность повлияла? Или поцелуй?
– Вы всегда так долго копаетесь? – обернувшись, недовольно спросил маг, и я невольно вздрогнула.
– А вы всегда так невежливы?
– Невежлив? – хмыкнул маг. Казалось, его ничуть не разозлил мой вопрос, скорее, позабавил.– Но ведь это экономит время и силы, не находите?
– А мне кажется, это идет от неуважения к людям.