Имя осталось на языке легкой горечью и ароматом мяты, а перед глазами всплыла картинка: ночь, отблески камина на суровом лице, приоткрытые губы – твердые, и в то же время мягкие, отдающие прохладным ментолом…
– Вот как?
Леди Кейт нахмурилась.
– Они представились?
– Нет, но я слышала, как Эрик назвал одного из них Дарвеном.
– Значит, Эрве, – задумчиво повторила леди Горн. – Все-таки добрался, сукин сын, – тихо пробормотала она и громко добавила: – Не переживайте, леди Эвелин, Эрикен справится. Вот увидите, уже сегодня вечером он будет дома.
– А ваш супруг… Он ничем не сможет помочь?
Каллеман вчера обмолвился, что лорд Горн – глава департамента магических правонарушений и герцог, наверняка у него и власти, и возможностей предостаточно. Неужели он не поможет лучшему другу? Впрочем, что я знаю о высших магах? Разве они умеют дружить или испытывать другие сильные чувства? Леди Вонк говорила, что темным не ведомы обычные человеческие эмоции.
– Вы пока еще недостаточно хорошо знаете своего мужа, леди Эвелин, – тихо сказала леди Кейт, и в ее больших, удивительно выразительных синих глазах мелькнула тень.
Она бросила взгляд на открытый портал, а потом сняла с пальца кольцо и протянула его мне.
– Вот, возьмите. Если возникнут сложности или захотите поговорить, просто поверните его на пальце, и портал перенесет вас в наш дом.
– Благодарю.
Я взяла кольцо, а леди Кейт коротко попрощалась и шагнула в мерцающее марево. И в ту же секунду портал схлопнулся, а я осталась наедине со спящей Идой.
– Темного утра, миледи, – пробормотал он традиционное дартское приветствие. В стране, где высшие маги занимали ключевые посты, даже обычные пожелания напоминали о магии темных.
Ларс оказался рядом с постелью сестры и поднял на меня взволнованный взгляд.
– Она очнется, миледи?
Рыжие вихры торчали в разные стороны, кончики длинных ушей заметно подрагивали, в больших синих глазах колкой льдинкой застыла тревога.
– Не бойся, Ларс, с Идой все будет хорошо, она просто спит.
– Она никогда так долго не спала, – недоверчиво покачал головой парнишка. – Солнце-то уже высоко.
– Ида просыпалась, а потом опять уснула. Видишь, я ей бульон принесла?
– И с ней правда все будет хорошо?
– Правда.
Я смотрела на встревоженного мальчишку, а сама думала о том, что Иде повезло.