Ноги подгибались от усталости, меня трясло от холода, но перспектива терпеть нудные нравоучения дворецкого перекрывала все.
– Леди Эвелин! – раздался раздосадованный возглас Гроу. – Подождите!
Еще чего! Пока он преодолеет восемь ро, пройдет не меньше десяти минут! Да я за это время успею добежать до своей комнаты и выспаться.
Я из последних сил припустила быстрее и, оказавшись в своих покоях, захлопнула за собой дверь. А потом без сил рухнула на кровать и раскинула руки, пытаясь отдышаться.
– Леди Эвелин! Впустите меня! Немедленно! – послышался вскоре недовольный голос.
Я не шевелилась. Потяжелевшие веки не позволяли открыть глаза.
– Я буду вынужден доложить Ее светлости о вашем неподобающем поведении!
Беги, докладывай… Пока ты добежишь до гостиной, пока вернешься обратно, я как раз успею прийти в себя. После бессонной ночи в холоде подвала мне было наплевать и на дворецкого, и на герцогиню, и на то, что меня ждет. Единственное, чего мне хотелось – это лежать в теплой постели и не шевелиться.
– Леди Эвелин! – не унимался дворецкий. – Откройте! Мэри, беги за ключами, – велел он служанке, но я с трудом расслышала его слова и спустя пару секунд уже сладко спала.
Разбудили меня громкие голоса, раздающиеся рядом с кроватью.
– А я тебе говорю, буди! – гундел дворецкий.
– Да вы только посмотрите, какая она бледненькая, – препиралась с ним Мэри. – Пусть хоть немного отдохнет, бедняжка. Это ж надо, всю ночь в сыром подвале провести!
– А лорд Каллеман, значит, ждать будет, пока она выспится? Буди, сказал!
Меня как ледяной водой окатили.
Я с трудом открыла глаза. Голова гудела, словно соборный колокол. Ноги казались распухшими и одновременно онемевшими. Во рту было сухо, как в поле в летнюю засуху. Я даже вкус пыли на губах ощутила, как бывает, когда идешь по выжженной солнцем проселочной дороге.
– Леди Эвелин, это возмутительно! – недовольно процедил Гроу, и я невольно поморщилась.
Голова пульсировала тупой болью, и каждое слово дворецкого падало на затылок тяжелым камнем.
– Ее светлость и лорд Каллеман уже десять минут ждут вас в гостиной, – не отставал Гроу. – Вставайте, живее! Нужно торопиться.
– А зачем пришел лорд Каллеман?
Я постаралась скрыть неприязнь и взглянула на Гроу едва ли не благожелательно.
– Не могу знать, – чопорно ответил тот, не желая поддаваться на мой тон. – Поторопитесь, леди Эвелин. Мэри, помоги леди Браге одеться, – повернулся он к служанке.