Марш-бросок закончился у арок, и, приблизившись к ним, мы увидели силуэт капитана Коннолли, который выполнял подтягивание за подтягиванием. Он в очередной раз высмеивал нормативы, а остальные довольствовались своими пятицентовиками. По сравнению со сверстниками наши результаты были гораздо выше среднего, но после того, как я увидел, как капитан Коннолли выгибается, мне показалось, что это не так уж и много. Потому что я знал, что в то время как меня вполне устраивало просто появиться, он подготовился к этому моменту, воспользовался возможностью и показал себя во всей красе.
"Большинство людей любят стандарты. Они дают мозгу возможность сосредоточиться на чем-то, что помогает нам достичь цели. Организационная структура и похвалы от наших инструкторов или начальников мотивируют нас на выполнение работы и продвижение по кривой. Капитану Коннолли не требовалась внешняя мотивация. Он тренировался по собственным стандартам и использовал существующую структуру в своих целях. Штурмовая школа стала его личным восьмиугольником, где он мог проверить себя на таком уровне, который даже инструкторы не могли себе представить.
Следующие девять дней он, опустив голову, спокойно занимался тем, что срывал все нормативы в школе воздушного десанта. Он воспринимал планку, на которую указывали инструкторы, а остальные пытались ее преодолеть, как препятствие, через которое нужно перепрыгнуть, и делал это снова и снова. Он понимал, что его звание что-то значит, только если он стремится к другой сертификации: невидимому значку, который говорит: ""Я - пример.
Он ничего такого не сказал. Он вообще ничего не говорил. Я не припомню, чтобы он произнес хоть слово за десять долбаных дней, но благодаря своей работоспособности и предельной самоотдаче он бросал хлебные крошки всем, кто бодрствовал и был достаточно осведомлен, чтобы следовать за ним.
Когда настал черед теста на нагрузку на стропы, я подумал, что это его криптонит.