Эта мамина болезнь нас еще сильнее сплотила и, может, к сожалению, а может, и наоборот, к счастью, как-то капсулировала, объединила внутри семьи. А друзья как-то сами собой отпали.
– Я так понял, у вас за короткий промежуток времени ушли бабушка с дедом и отец? – расспрашивал Павел.
– Да, получается, что за последние семь лет, – покивала задумчиво Ева, – как-то один за одним.
– Наверное, это очень трудно, – посочувствовал Орловский, признавшись: – Мои прабабушка с прадедом, которых я очень любил, они были такие… родные, теплые, а умерли без меня, я находился далеко и, как бы ни стремился прилететь, не успевал.
Тут будет реклама 1
Может, и к лучшему: я запомнил их бодрыми, юморными, позитивными и не видел их немощи и ухода. Не знаю. Но вспоминаю их, и щемит внутри, – он постучал себя пальцем по груди. – Меня поражает и восхищает ваша стойкость. Вы не транслируете горестного надрыва, накрывающей боли, а только очень теплую грусть и… не знаю, смирение, что ли.
Тут будет реклама 2
Даже скорее не смирение, а какое-то мудрое приятие."
"– Знаете, Павел Андреевич, – вздохнула протяжно Ева, – я уже говорила вам про судьбу детей пожилых родителей. Мои близкие прекрасно осознавали неотвратимость этой участи для меня, поэтому готовили к принятию их ухода с детства. К тому же, находясь постоянно рядом со смертью, начинаешь по-особому ценить жизнь и к самой смерти относиться иначе, чем большинство людей. Не знаю, как у кого, но подозреваю, что, скажем, токарь, слесарь или металлург, что называется, «на дом» работу не приносят.
Тут будет реклама 3
А антропологи вовсю приносят, да еще как. В нашем доме постоянно присутствовали муляжи человеческих костей, а порой и вполне себе реальные кости и черепа, которыми трясли родители в особо горячих научных полемиках, доказывая свою мысль или гипотезу. Я в этом росла и много времени проводила у них на работе, где все вообще в человеческих костях. Особенно прикольно на кафедре пластической реконструкции: заходишь, а там сплошняком стоят черепа в разной стадии восстановления облика по методу Герасимова.
Тут будет реклама 4
Красота страшная, – посмеялась Ева. – И хоть мои родители ученые и сама я человек науки, но метафизического и философского аспекта в нашей семье тоже хватает, иногда, пожалуй, что и с перебором. За эти семь лет я… как бы сказала одна моя знакомая, «прокачала скилы» приятия и смирения с уходом родных.
