Центральный парк начинался действительно в центре Альрена, от главной площади и здания совета существ, но имел вытянутую форму и закачивался на границе города, где плавно переходил в лес.
Как интересно, должно быть, маршрут достаточно сложный.
Но вряд ли сложнее, чем передвигаться на лошади по узким горным тропам. И точно не опаснее. Мне приходилось делать это не раз. Особенно запомнился мой официальный уход из дома, когда отец отказался перемещать меня порталом.
Балансировать на такой высоте вместе с лошадью то еще приключение, к тому же погода выдалась не самая удачная, я тогда чуть не пострадала.
Я это к чему. Иногда стоит рисковать. Что бы со мной было, испугайся я тогда покинуть замок?
Даже думать не хочу.
Не знаю, конечно, какие цели преследует Амалия. Скорее всего, просто азарт играет от скуки. Но скачки по лесному маршруту точно не то, чего стоит бояться в этой жизни.
— А можно я тоже поучаствую? — спросила у Редмонда, активно хлопая ресницами.
Дракон явно не ожидал такого поворота. Даже не нашелся, что сказать, сразу. Прокашлялся в кулак, словно у него внезапно запершило в горле. Госпожа Деверго открыла рот и закрыла. Посмотрела на меня как на умалишенную.
— Ты уверена, что хочешь именно этого? — уточнил Редмонд, взглядом тоже показывая, что сильно сомневается в моем здравомыслии.
— Две девушки уже не так неприлично, — пояснила я.
— Что за женщины пошли! Вот в мое время даже сидеть в седле по-мужски было неприемлемо…
— Современные женщины, что поделать, — философски заметила я.
— Мужчины не лучше, совсем не могут влиять на своих женщин.
Госпожа Деверго недовольно всплеснула руками и, окончательно убедившись, что союзников среди нас не найдет, направилась обратно к дочери и будущему зятю.
Я повернулась к Редмонду, который провожал взглядом несостоявшуюся тещу. Честно говоря, мне жутко хотелось напомнить, что теперь как бы я женщина этого дракона. Потому что, я уверена, слова госпожи Деверго относились в основном к Амалии. Ведь не зря она пришла к Редмонду попросить вразумить свою дочь и отказаться от участия в скачках.
— Почему она решила, что вам есть дело до ее дочери? — не удержалась я от вопроса. — Теперь.