— Но кто согласится быть подопытным? Из меня пока так себе маг.
— Как насчет Лизерли? — предложила Шейна. — Если ты попросишь, она не откажет. К тому же это в ее интересах.
Сестра Беса вернулась в Цитадель вместе со всеми легионерами. Она больше не прислуживала, а жила в свое удовольствие. Мы стали настоящими подругами. Но я видела, что Лиз несчастлива. Ее как будто что-то угнетало. Права авгур: Лиз страдает от бесплодия и будет рада от него избавиться. Ну или хотя бы попытаться это сделать. Результат я пока не могу гарантировать.
— Я поговорю с ней, — кивнула я. — Возможно, она согласится.
— Есть еще кое-что, — сказала Шейна. — После того, как родишь, ты должна отправиться в горы. На то место, где на тебя подействовала Амброзия. Я видела — тебя там ждут.
Я поежилась. Ведьма. Разумеется, это она. Кто еще может ждать меня в горах?
— Что ей нужно? — спросила я.
— Это мне неведомо. Но ты обязательно должна там побывать. Это часть твоего пути. Возможно, самая важная.
Я кивнула. Благо у меня есть еще девять месяцев, чтобы подумать над этим.
От авгура я отправилась к мужу. Я знала, что в это время суток застану его в кабинете, и не ошиблась.
Бес встал при моем появлении. Он приблизился, обнял меня и горячо поцеловал.
— Безумно по тебе соскучился, — признался он.
— Мы не виделись всего пару часов.
— Целых пару часов, — поправил он.
— Мне надо сказать тебе кое-что важное, но я не уверена, что ты обрадуешься.
Бес нахмурился. Я чувствовала, как напряглись мышцы его плеч под моими ладонями.
— Я ношу твое дитя, — выдохнула я, — и это девочка. Так сказала Шейна.
Муж молча смотрел на меня. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Я не понимала его реакцию. Он рад или разочарован? Пусть скажет хоть что-нибудь, иначе я сойду с ума от неизвестности!
Но Бес так ничего и не сказал.
— Когда я думаю, что о большем счастье уже и мечтать нельзя, — произнес он, прервав поцелуй, — ты делаешь меня еще счастливее. Не знаю, как это у тебя получается. Но ты, Эва, наполняешь мою жизнь светом. Без тебя я бы до конца дней бродил во тьме.
— Значит ли это, что ты меня любишь? — улыбнулась я.