Так, как разделяет врагов. Но ведь они не враги! Они говорят на одном языке, они любят одни и те же песни, кушают одни и те же блюда…Это зло. Зло, пожирающее людей изнутри. Выедающее разум, мудрость, честь…Иностранные наемники уедут. Другие страны, замешанные в этой войне, реализуют свои интересы… Диссиденты за рубежом обогатятся и обставят дорогими вазами свои дома в элитных пригородах Парижа и Лондона…Но Сирия оправится ли от этой заразы? Залижет ли свои раны?
На ее глазах выступили слезы. Горло пересохло и сжалось.
За всеми переживаниями девушка не заметила, как заснула. Сон был беспокойный и некрепкий, поэтому она почти сразу проснулась от нежных прикосновений к ее лодыжкам.
– Васель, – проговорила робко Влада.
– Малышка, я сейчас скажу тебе кое – что, а ты запомни это на всю жизнь. Я никогда не был с тобой честен, как сейчас. Это та правда, которую я готов вырезать на своей коже, рядом с татуировкой твоего имени… Влада, я никого никогда так не любил, как тебя.
Девушка была потеряна и обескуражена от его слов.
– Завтра я отвезу тебя на аэродром и ты улетишь на вертолете на побережье, в мой дом… Обещаю, что вырвусь туда, как только улажу все дела… А ты загорай, купайся в море, наслаждайся жизнью и безопасностью, и не думай ни о чем… Мне вообще не стоило посвящать тебя во все эти ужасы…
– А если я не хочу уезжать? Если я хочу быть с тобой…
Васель печально улыбнулся, нежно погладив ее по щеке.
– Мустахиль… (араб.