Почему-то в голову графине не приходило, что Арис может вернуться домой не одна, или вместо нее может прийти кто-то другой. Она была уверена, что все сложится именно так, как ей нужно.
Конни достала плоскую карточку и открыла нужную дверь. Чтобы электронный замок поддался, пришлось повозиться. Но уже через пять минут она оказалась внутри. Графиня прошлась по квартире. Свет она не включала, и без него видела хорошо, а вот спугнуть жертву опасалась.
Первым делом Конни осмотрелась. Она хотела оценить обстановку, но интуитивно вместо того, чтобы оценить интерьер квартиры, искала вещи покойного мужа или письмо от «Белого Листа».
Только сев на диван в гостиной, она увидела небольшой беспорядок: опрокинутый пуфик, задранный вверх угол ковра, едва заметные следы мужских ботинок. Конни поставила рюкзак на колени, достала из него папку с документами, которые три часа назад забрала у юриста, и стеклянную бутылочку с красной жидкостью.
Глава 34.
Руфус
За окном медленно начало вставать солнце, но это было неважно. Свечи давно уже прогорели, голова Арис лежала у вампира на коленях. Длинные пальцы Руфуса перебирали темные волосы девушки. Она не спала. Просто тихонько лежала, восстанавливала потраченные силы, а Руфус тем временем внимательно вслушивался в ритм ее дыхания, сердцебиения и шум бегущей по венам крови.
Сегодня ночью барон Баратор вспомнил о том, что после исполнения предназначения ведьмы зачастую покидали этот мир, если конечно их никто не держал: дети или любимые. У Арис детей не было, а любимый... Если она когда-то и любила волка, то сейчас он точно не мог ее удержать в этом мире. Вампир шкурой чувствовал, что сейчас ведьма свободна, и никем и ничем не связана.
Это ощущение одновременно дарило надежду на то, что он все же сможет найти отклик в ее сердце, и пугало, потому что ведьмы без привязок за жизнь особо не держались.
Руфус смотрел как поднимается над деревьями солнечный диск. Он никогда не задумывался о ценности жизни. Смерть ему не грозила, даже во времена войны он ее не боялся. А жизнь для него было всего лишь игрой, в которой он по инерции поддерживал и улучшал собственную империю. Но сегодня он задумался о том, что будет, если Арис
умрет.