Опасения были не напрасны, но я сумела обмануть даже свой страх – стиснутая в напряженный кулак правая рука была отличной шпаргалкой, и я выучила последовательность шагов, сжимая пальцы.
– Ты оценила бледность ее кожи? – насмешливо поинтересовался ректор. – Чудесный оттенок, что-то между серо-пепельным от ужаса и зеленовато-мертвенным от осознания перспектив своего замужества.
И я не сдержалась.
– А вы, видимо, искренне наслаждаетесь произведенным эффектом!
Высказавшись, я мгновенно пожалела об этом, но слова уже были сказаны.
"– Рад, наконец, услышать тебя прежнюю, Риаллин.
И он издевательски-покровительственно похлопал меня по ладони.
А после, язвительно спросил:
– Обмороки ожидаются?
– Нннет! – я с трудом устояла на месте.
– Жаль, – вроде бы даже искренне произнес Гаэр-аш.
Тяжело вздохнув, я продолжила спуск, отсчитывая ступени, и тихо сказала:
– Я понимаю, что мое мнение вас не интересует в принципе, но, мне кажется, что вам стоит быть хоть немного добрее по отношению к той, что покинула свою страну, семью и близких, чтобы вверить свою судьбу вам, стать вашей женой, и матерью ваших детей и…
И тут раздался смех.
– Риа-Риа, – покровительственно издевательски произнес лорд Гаэр-аш, – мой сладкий яд, ты не меняешься.
Я не меняюсь, да, возможно, а это семнадцатая ступенька и мы должны на ней остановиться.
– Посмотри на нее, посмотри внимательно, жизнь моя, – не торопясь продолжить путь, приказал мой опекун, – и хорошенько подумав, скажи, кого, по-твоему, ожидала увидеть на Золотой лестнице эта прекрасная принцесса?
Норта!
Я поняла это так отчетливо, как если бы увидела со стороны, как по этой лестнице спускается Норт! Ведь он должен был спуститься.
– Кстати, если ты от волнения подзабыла протокол, напоминаю – теперь шесть ступеней.
Я похолодела.