Мы лицезрели друг друга уже около получаса, и я успела заметить, насколько меланхолична моя новая знакомая. Иногда она словно «отъезжала» мыслями куда-то в свою вселенную, забыв предупредить меня о том, что ее душа покинет тело на следующие пять минут.
Я терпеливо ожидала ее «возвращения». Торопить клиента во время первой встречи — дело очень неблагодарное. И он почувствует себя не в своей тарелке, и я ничего не добьюсь.
— Так вот, — продолжала Инесса. — Мама, как я уже сказала, была человеком дотошным, а еще волевым.
— Значит, между ней и братом все же произошел какой-то конфликт? — предположила я.
— Я не знаю, — пожала плечами Инесса. — Мама редко изливала душу, и даже папа порой не знал, почему у нее портится настроение. Все в себе держала. Не думаю, что произошло что-то серьезное, просто маме трудно было первой предложить перемирие, а у дяди Бори, скорее всего, были свои соображения на этот счет. От постоянных конфликтов ведь тоже можно устать.
— Любил вас.
— Любил, хоть мы почти не общались. Насколько мне известно, своих детей у него не было.
— Значит, он жил в Москве?
— Не всю жизнь, конечно, — сказала Инесса.
Я представляла, конечно. Не то чтобы Тарасов был провинцией на отшибе мира. Нет, конечно. Мы тут, знаете ли, даже свои криминальные структуры имеем. И кафе с открытыми верандами на каждом шагу. Но внезапно свалившееся на тебя наследство в виде столичной жилплощади, конечно, заставляет на минутку забыть о том, что ты уже имеешь.
— Знаете, — словно угадала мои мысли Инесса, — я ведь не рвусь уехать в столицу.
— Жилплощадь всегда можно превратить в деньги, — заметила я. — Вполне себе способ.
— Может быть, так и сделаю, — сказала Инесса. — Надо посоветоваться с Вовкой.
— А кто это такой?
— Мой без пяти минут муж, — ответила Инесса.