Деталей не знаю, но там реально треш происходил. И что я буду говорить детям и отцам аристократов, что погибли в той войне? Меня схарчат нафиг.
– Поверь старику на слово, – улыбнулся дед, – аристократы… они совсем другие. Простолюдины вражеского клана для них не совсем люди, просто боевые единицы. Смотрят не на них, а на того, кто за ними. Есть аристо, и то, чем владеют, а простолюдины – это последнее.
– Как-то вы уж совсем… – покрутил я ладонью.
– Конечно, я немного утрировал, времена сейчас другие, нежели раньше, но общий принцип остался.
Это он про моего деда не знает. Если верить словам старика, то я на пару с его семьей получеловек для аристо.
– Вы думаете, если бы аристократы считали простолюдинов ровней, все было бы иначе? – усмехнулся я. – Есть правящая верхушка и есть все остальные. Так было, есть и будет.
"– И чем ты только меня слушаешь? – покачал головой старик. – Если бы на месте Кояма были простолюдины, они бы не оставили в покое остатки клана Докья, а до сих пор бы охотились за обидчиками. Для них важно лишь то, кто стоит во главе. Род Докья уничтожен? Все – противника больше нет, мертвые отомщены.
Интересно, а как же тогда с Мизуки все так получилось? Хотя… это ведь гениальный ход был со стороны Кенты. Чисто технически Мизуки больше не Докья, но при этом кровь этого клана жива.
– То есть, если я начну собирать…
– На тебя разве что посмотрят косо, – прервал меня Шмитт. – А если ты с их помощью чего-то добьешься, даже уважительно покивают головой. Так что, главная проблема у тебя будет уговорить именно людей Докья.