Ну и парень моих лет, может, чуть постарше — полная противоположность отцу, скорее, пошедший в мать. Стройный, подтянутый, с длинными темными волосами — либо ген рыжины рецессивный, либо вообще его приемный сын, что гадать? Я их не знаю и не узнаю, таких тут как собак нерезаных. Развели, понимаешь, аристократов — куда ни плюнь то барон, то граф…
— Господин барон Броденматт, ваш номер в списке двадцатый, — распорядитель наклонил голову в парике, водя пальцем по листу с фамилиями. — Подтвердите вашу подпись.
"Он пододвинул пузатому отдельный лист. Тот пожал плечами, достал из кармана магическую печать и шлепнул ее поверх листа. Оттиск засветился голубым светом и померк.
— Следующий!
— Клан Осгенвей, наследники! — сказал Осий.
— А, милорды! — поднял голову распорядитель, улыбнувшись брату. Видимо, старый знакомый. — Вижу, вижу. Милорды Осий, Арий, Арман и миледи Ильга… Вы в списке под третьим номером, после герцога Кэипуогуса и графа Вельдего.
— Почетно, — сказал Осий.
— Да, милорд, — сказал распорядитель.
Осий достал из кармана такую же коробочку с магической печатью и шлепнул ее на лист. Процедура повторилась, только вблизи она была еще интересней. Кольца из магических символов, окружавших наш герб, засветились и повернулись в разных направлениях, чтобы потом вспыхнуть голубым светом и погаснуть, оставив на листе отиск.
— Теперь остается только ждать.
— Благодарю вас, Ваше Сиятельство! — брат отвесил церемонный поклон.
Я про себя хмыкнул. Мы отошли от стола распорядителя и двинулись обратно.
— Твой знакомый? — спросил я у Осия.
— Граф Уилевер? — переспросил он. — Распорядитель? Да, конечно. Все придворные и слуги мои знакомые. Сколько я в Королевских пикинерах уже?
— А зачем так кланяться? Прежние, вон, даже не пошевелились.
— Эх, Арман, Арман, — усмехнулся брат. — Ничего ты не понимаешь в отношениях между людьми.
Ну насчет этого ты ошибаешься, подумал я. Еще как понимаю.
— Я просто выразил уважение господину графу. И ему приятно, и мне. Хороший он человек. А то новообращенное быдло, которое его считает за простого конторщика, сильно ошибается. Готов поспорить, что барон Броденматт больше никогда не сможет быть приглашенным во дворец. Граф очень злопамятен.