За все это время я столько узнала об этой прекрасной женщине, и мне безумно жаль, что я не смогу с ней познакомиться. Столько любви и нежности потоком льется от Рустама, стоит только вспомнить маму, что я сама не замечаю, как начинаю испытывать схожие чувства к умершему человеку. Редко когда встретишь такое трепетное отношение. И тут не речь о маменькином сыне, просто Рустам ее любил, ценил и уважал, вернее, он и сейчас ее любит, ценит и уважает, просто теперь это вес под флером бесконечной грусти.
—Я…просто в шоке. Ты такой молодец, — обнимаю и целую в ушко, уже зная, то это одна из его эрогенных зон.
—Есть такое, и я весь твой умничка, — темный взгляд становится порочным, прищуренные глаза метко стреляют в меня стрелами похоти, но я прямо сейчас настроена на один разврат — пищевой.
* * *Шаховы периодически отзваниваются, рассказывая, что ничего нового пока не узнали и пробить по своим каналам ситуацию не получается.
Такое затишье перед бурей должно было пугать, но вместо этого я чувствую облегчение. Да, именно оно приходит на смену постоянному волнению.
Конечно, на меня сваливается еще парочка неожиданностей, например, то что Ксюша, моя спокойная Ксюша, серьезная до мозга костей, тоже завела отношения со студентом.
Неподдельное счастье в глазах девушки меня удивляет, я никогда не видела ее такой…окрыленной, что ли. По моей вполне адекватной реакции и искренним поздравлениям, она тоже делает определенные выводы относительно нас с Беловым, и я молча соглашаюсь, лишь слегка кивая головой.
Это мое полноценное откровение, потому что Шаховы явно не в счет. Они-то после того случая вообще не говорили со мной насчет Рустама (и уж тем более мы не оговаривали, что он мой студент), я просто вставила всем пистонов и дело с концом. А тут даже легче стало, когда есть человек, полностью разделяющий твои чувства, потому что с ним приключалась ровно такая же история.