Маг тоже не являл сейчас собой образец сообразительности, разинул рот от изумления и хлопал глазами.
Но тут король очевидно что-то почувствовал и стал оборачиваться назад. Нет! Хотелось завопить ей, а голос как назло, пропал. По счастью, маг успел вовремя исчезнуть оттуда от греха подальше. Жених Изабеллы повернулся обратно, а она чуть не осела на пол от слабости.
Теперь в коридорчике кроме них никого не было. Но лучше от этого не стало.
Потому что мужчина, сжимавший ее плечи, словно тисками, был завораживающе страшен.
Именно это и отрезвило Изабеллу. Она смогла взять себя в руки. Отступила на шаг и даже умудрилась внятно проговорить:
— Я э… меня… — еще бы язык не заплетался, было бы здорово, однако она все же пробасила: — Меня зовут Альберт. Я секретарь леди Изабеллы, княжны Савостийской.
— Секретарь?!
Мужчина вдруг подался вперед, впиваясь в нее горящим взглядом. Глаза зло прищурились, сильные, словно стальные, пальцы сжались в кулак. Изабелла невольно вытянулась в струнку и откинулась назад.
«Прибьет», — испуганно пискнул рассудок.
— Какого черта ты здесь делаешь, если ты секретарь княжны?
— Я э… — промямлила она. Ну не сказать же, что тайно шпионила за ним.
— Или, может быть, ты шпион?! — король придвинулся еще ближе.
— Я просто заблудился! — рявкнула Изабелла, у которой аж зубы заныли с досады на идиотизм ситуации.
И это была истинная правда. Потому что она не знала, в какой-то точке этого гигантского замка находится. До магического клубка сейчас было не добраться, а Блант благополучно испарился. Да даже если бы маг и был здесь, она бы не решилась призывать его на помощь. Только не против короля!
Положение аховое, как говаривала их кухарка, но надо выбираться.
Но как???
А его величество жених как будто поверил сказанному.
***
Ах, секретарь…
Это хоть что-то объясняло. Дикая нервозность немного отхлынула, Норберта отпустило. Видимо, щенок постоянно торчит рядом с девчонкой, вот и «пропитался». Но тут из глубин души пришло весьма темное чувство.
Насколько же близко этот смазливый мальчишка подпущен к телу?!"
"Его величество неожиданно почувствовал, что его душит беспричинная злость.