У вас вообще так принято поступать?
– Откуда мне знать? Я никогда не спал со своими пациентками – или с их матерями.
– Не надо так чувствительно реагировать. Я попробовал опросить ее родственников. Старая, толстая mamacita, два братца – один ну просто натуральный мачо, глазами так и пыхает. Отца нет – помер десять лет назад. Все трое живут в маленькой халупе в Эхо-Парке. Когда я туда приехал, поминки были в самом разгаре. Повсюду ее фотки в черных рамках, свечи, корзины с едой, рыдающие соседи… Братья мрачно отмалчивались.
– Даже, – спросил я, – если бы это помогло найти ее убийцу?
Он утомленно посмотрел на меня.
– Алекс, люди такого сорта не считают, что полиция может им помочь. Для них la policia – это гады, которые цепляются к простым мексиканским пацанам, обижают их домашних девочек и никогда не оказываются поблизости, когда всякая белая сволочь на пикапах с потушенными фарами кружит по их району и швыряется в окна спален гильзами от дробовиков. Кстати о птицах – я допрашивал подружку этой девчонки. Соседку по комнате, тоже училку. Та также вела себя из ряда вон враждебно.
Он встал и мягко прошелся по комнате, словно усталый лев."
"– Так что Илена Гутиэрес – это полная загадка. Но пока ничего не указывает на то, что она не была чиста, как свежевыпавший снег.
Вид у него был несчастный и полный сомнений.
– Это сложное дело, Майло. Ты слишком строг к себе.
– Забавно от тебя это слышать.