В каждой мелочи — от настенных панно до яркой мебели чувствовался современный стиль и неповторимая женственность.
Я сидела в гостиной с чашкой какого-то травяного чая в руках, а раскрасневшаяся Фели все таскала и таскала на диван платья и костюмы, юбки и блузки, которые она приобрела на шопинге в Грацаяле."
"— Какое платье, какое платье, Никки! Андрелони и Капуто, это прошлогодняя коллекция, поэтому урвала с бешеной скидкой! Ну и что, что прошлогодняя, ты посмотри, как сделано! Какая ткань, лекала, отстрочка! Умереть можно! Сидит, как влитое! Ну, Никки, тебе не интересно, что ли? Идет мне, глянь? Красиво? Нравственники же не придерутся, правда? Не полнит?
Платье миди с цветочным принтом и юбкой-солнце Фелицию не полнило, наоборот, она в нем была чудо, как хороша, и, похоже, хорошо осознавала это — слишком уж с удовольствием, напоказ крутилась перед зеркалом.
— Посмотри, вот тут у меня точно жир не торчит? Прям вот точно-преточно? Ну, так что там Трой, чего ты молчишь-то? Это правда, что он заставляет тебя бегать ему за кофе по три раза на дню и стирать свои рубашки?
— Правда, — односложно ответила я, гладя кошку Фелиции — вислоухую Налу, которая, запрыгнув ко мне на колени, настойчиво принялась пихать меня лбом о ладонь.
— Вот сволочь! Но, надо признать, сексом от него так и прет! Как думаешь, какой он в постели? Ой, хотя кого я спрашиваю, нашу Мисс Недотрогу? Да уж, повезло тебе, по крайне мере, можешь быть спокойна, что он не станет к тебе приставать.
И, если весь предыдущий монолог Фелиции Виклер вызывал во мне смешанные эмоции, последняя фраза заставила вздрогнуть.
— В смысле для Его Высокопреосвященства? — закусила губу я.
— Боже мой, ну уж точно не в… каком-то таком смысле! — закатила глаза Фелиция. — В таком смысле пусть вон Гуровичиха за ним бегает, она явно не прочь. Забавно было бы, кстати, посмотреть как он ее отошьет — этой стервозе не помешало разбитое сердце.