След проникания означал глубину, на которую орудие вошло в тело. Определить след проникания было непросто: кожа эластична и имеет тенденцию возвращаться в исходное положение, восстанавливая прежнюю форму, а подкожные ткани после смерти меняют конфигурацию. Дело затянулось.
Моррис едва держался на ногах от усталости. Глаза болели. Через некоторое время он вышел из анатомички и зашел в соседний кабинет – лабораторию судмедэкспертизы, где на большом столе лежали вещи, найденные в сумочке убитой. Их изучали трое. Один называл предмет за предметом, другой записывал их характеристики в протокол, третий наклеивал на них ярлыки.
Тут будет реклама 1
Моррис стал молча наблюдать. В основном предметы были самые обычные: губная помада, компакт-пудра, ключи от машины, кошелек, бумажные салфетки, жвачка, контрацептивные пилюли, телефонная книжка, шариковая ручка, тени для глаз, ножницы. И две коробки спичек.
– Две коробки спичек, – сказал полицейский. – На обеих фирменная надпись: ""Отель «Марина-аэропорт».
Моррис вздохнул. Как неторопливо, терпеливо они работают.
Тут будет реклама 2
Это не лучше вскрытия. Неужели им и впрямь кажется, будто они таким образом что-то обнаружат? Для него это было невыносимо. Джанет Росс называла это болезнью хирурга – искушение действовать решительно и быстро, неспособность терпеливо ждать. Однажды на одной из конференций в Центре они обсуждали кандидатуру пациента третьей стадии – женщину по фамилии Уорли. Моррис настаивал, чтобы ее поставили в операционный план, несмотря на то, что у нее был целый букет прочих заболеваний.
Тут будет реклама 3
Росс тогда подняла его на смех: «слабый самоконтроль», сказала она ему тогда. В тот момент он готов был ее убить, и его намерение не исчезло даже после того, как Эллис спокойным безапелляционным тоном произнес, что он согласен: мол, миссис Уорли – неподходящий кандидат для операции. Моррис был совершенно уничтожен, хотя Макферсон и заявил, что, по его мнению, миссис Уорли вполне подходит и ее следует оставить в списке с пометкой «возможный кандидат».
«Слабый самоконтроль, – подумал он.
Тут будет реклама 4
– Чтоб тебе пропасть!»
– «Марина-аэропорт», а? – задумчиво произнес полицейский. – Не там ли останавливаются стюардессы между рейсами?
– Не знаю, – отозвался другой.
Моррис не прислушивался. Он потер глаза и решил выпить еще кофе. Он не спал уже тридцать шесть часов и дольше терпеть не мог.
Он вышел, поднялся наверх и стал искать автомат. Должен же быть где-нибудь кофе. Даже полицейские пьют кофе. Все пьют кофе. И вдруг он остановился, похолодев.
