Администрация нанимала старшеклассников и студентов колледжей на секретарскую работу-почасовку в архиве и хранилище. Платили им гроши.
Росс и сама помнила, как ее однажды напугали в таком же возрасте. Она шла по лесу с мальчиком. И они увидели змею. Мальчик сказал, что это гремучая змея, и она перепугалась до смерти. А потом узнала, что он просто ее дразнил. Змея была совершенно безвредной. И она с тех пор…
– Ладно, – Андерс прервал ее мысли. – Компьютер так компьютер. Куда?
Росс пошла впереди. Андерс обернулся на девочку: та подбирала с пола папки.
– Слушай, – обратился он к девочке. – Если увидишь этого человека, не разговаривай с ним. Ничего не делай – только кричи что есть мочи. Поняла?
Девочка кивнула.
И тут Росс поняла, что на этот раз гремучая змея – настоящая. Все теперь было взаправду.
Они пошли по коридору и скоро добрались до компьютерного отсека. Это было единственное место в подвале, где все имело вполне цивилизованный вид. Голый бетонный пол здесь был застелен голубым ковровым покрытием.
– Пусть люди видят, что там происходит, – ответил ей тогда Макферсон.
– В каком смысле?
– В том смысле, что компьютер – обычная машина. Только больше и дороже, чем прочие, но тем не менее – машина.
И все же всякий раз, проходя мимо компьютерного зала, она испытывала прямо противоположные чувства: особые условия содержания аппаратуры, ковровая дорожка на полу, дорогостоящее оборудование – все это заставляло относиться к компьютеру как к чему-то необычному и уникальному. Особенно ее поражало то, что во всей больнице ковровое покрытие на полу можно было увидеть еще только в одном месте – перед входом в часовенку на первом этаже.
А какая разница компьютеру – есть или нет ковры на полу?
Во всяком случае, работники клиники по-своему воспринимали зрелище за стеклянной перегородкой. На стекле было приклеено сделанное от руки объявление:
НЕ КОРМИТЕ И НЕ ДРАЗНИТЕ КОМПЬЮТЕР.
Они с Андерсом пригнулись к полу, ниже стеклянной перегородки.