Я его сразу возненавидела! Да так сильно, что потом фамилию поменяла, была Матвеевой – стала Маркиной!
Варвара встала, подошла к Зинаиде, обняла ее.
– Я вас не знала, но Леонид Гаврилович отвратительный человек, муж мне про него много рассказывал. И я свое негативное отношение к Матвееву на его жену перенесла. Простите! Не знала, как вам крепко досталось.
Зина схватила со стола салфетку.
– Ерунда! Бог его наказал. После того как я супруга со шлюхой застала, он домой не вернулся. Мне утром позвонил из НИИ секретарь Леонида, голос у него дрожал:
– Зинаида Тимофеевна, срочно приезжайте.
Я спросила:
– Что случилось, Филипп?
Он ответил:
– Ваш муж в тяжелом состоянии. «Скорая» к нам мчится.
Мне не хотелось, чтобы народ судачил, поэтому я поспешила на зов. Врачи Леонида осматривали, а Филипп мне объяснил:
– Директор сегодня рано пришел, еще до меня. Я к нему в кабинет заглянул! Господи! Леонид Гаврилович без башмаков лежит на полу. Где обувь, не знаю. Рубашка на ковре, носки там же, директор в одних брюках.
"А я его слушаю и думаю: ага, потаскун пошел во двор за одежонкой, приволок ее. Мелкая шлюшка оделась и убежала. Донжуан местного разлива от нервов заработал повышенное давление, оно у него давно шалит. Добрая жена ходоку по бабам всегда вечером таблетки приносила. «Выпей, дорогой, а то понервничаешь на работе, плохо тебе станет».
– Он умер? – испуганно спросила Оксана, наклонилась вперед, ее блузка чуть приоткрылась.
– Да, – ответила Зинаида, – в клинике через полтора месяца после того, как я его застукала. Мне повезло, я стала вдовой, а не разведенкой. Квартира, дача, сберкнижка – все осталось нам с сыном.