Зачем соврал? Понятия не имею. Потом, когда наконец домой отпустили, мать меня к своей ноге привязала. Сопровождала меня везде, на поводке водила. Я был как оглушенный. На голове словно подушка лежала, еле руками-ногами двигал, в мыслях туман, ничего не понимал. А потом…
Тимофей сел в кресло.
– Я в тот день в восемь заснул, через час встал, пошел в туалет. Иду мимо столовой, машинально заглянул туда, вижу Зина достает из холодильника банку с горчицей. Я ее терпеть не могу, даже не прикасаюсь. Мать отвинчивает пробку, берет… пузырек, капает из него в чашку, из которой я всегда пью.
– Не спишь? Я принесла твою любимую ряженку. Держи, сынок.
Я ей улыбнулся.
– Оставь на столике. Спасибо.
Понятное дело, я все в окно вылил, когда она ушла. Утром встаю бодрый, голова ясная, ноги крепкие.
– Она тебя травила! – ахнула Ника."
"– Лечила, – скривился Тимофей, – хотела меня от стресса уберечь. Я решил ей подыграть, притворился, что простуду подцепил, кашлял, в нос говорил.
– Почему? – удивилась Вероника.
Тимофей скривился.
– Не так давно я попросил у матери: «Купи мне машину, обрыдло без своих колес». Угадай, что я услышал в ответ?
– Тебе «Мерседес» или «Порше»? – предположила Ника.
Тимофей сложил фигуру из трех пальцев.
– Ага! «Пока я жива, ты будешь безлошадным».
– Почему? – снова изумилась Вероника.
– Вот и я тот же вопрос задал, – рассвирепел Тимофей, – ответ последовал гениальный: «Ты рассеянный, попадешь в аварию, разобьешься, езди на такси».
Ника прыснула:
– А там за рулем гастарбайтер дремучий. Он, конечно, аккуратнее тебя. Но сейчас у тебя есть тачка.
Лицо Тимофея вытянулось.
– Да. Пошел, оформил кредит, купил. Такой скандал разразился. Мамахен обморок изобразила. Актриса она суперская. Понимаешь? Зинка мне жить не давала. Я чувствовал себя загнанным в угол. И тут…
– Я! – обрадовалась Ника. – Нашла своего брата единокровного.