— Куда поедем? — спросил Богомолов, когда они уселись в его служебную «Вольво» синего цвета.
— Смотря что хочется. Если в тиши посидеть — одно, а если с музыкой — другое.
— А тебе чего бы хотелось?
— Честно говоря, уныния и так хватает… — признался Воронов.
— И мне тоже, — кивнул генерал. — Давай, как говорит современная молодежь, оторвемся от души! Только где?
— Где? — Андрей напрягся и вдруг, хлопнув себя по лбу, взглянул на часы:
— Без пяти восемь? Чудненько! У моей жены приятельница всерьез увлеклась ресторанным бизнесом, точнее сказать, ее приятель увлекся…
— А она увлеклась приятелем, — подхватил генерал и предложил: — Ближе к телу!"
"— Сегодня они как раз открывают свое заведение под символическим названием «Диана».
— Если не изменяет память, Диана — это богиня охоты в римской мифологии?
— Точно так! Так вот, эта приятельница — Ирина и приглашала наше семейство на торжество. Так что моя фамилия есть в списках.
— А моя?
— Так вы ж со мною! — подмигнул Воронов.
— А Лана?
— Если Лана и придет на торжество, освободившись в одиннадцатом часу вечера, вы думаете, ее не пропустят? Так что клуб» бар, ресторан «Диана» ждут нас!
— Программа известна?
— Музыка, певцы и артисты разных жанров, ритм-балет, стрип-шоу…
— Геля меня прибьет, если узнает, что я был на стрип-шоу.
— А мы ей не скажем…
— Ладно, командуй! Скажи Федору адрес.
— Зубовский проезд, строение три, Федя, — повернулся Воронов к водителю
— Я знаю, — ответил тот.
— Ты что, был там? — спросил генерал.
— Месяца три назад мой приятель там свадьбу справлял… Так себе… забегаловка! — пренебрежительно охарактеризовал это злачное место водитель.
Богомолов вопросительно глянул на Воронова.
— За три месяца много воды утекло, тем более сегодня официальное открытие, значит, хозяева сменились, заглянем, не понравится, в другое место отчалим, — подытожил Андрей.
— Согласен! — кивнул Богомолов.
Когда они отъезжали от здания ФСБ, Воронов машинально отметил, что их предупредительно пропустил черный «Ситроен», после чего пристроился за ними. Рядом с водителем сидел угрюмый мужчина лет сорока. Андрей обратил на него внимание лишь потому, что в свете фар в его ухе блеснула золотая серьга. Блеснула и блеснула — вскоре Андрей забыл и о черном «Ситроене», и о золотой серьге.