Другие полагают, что с Бушем Путину будет намного легче наладить отношения, так сказать, с чистого листа, ибо за ними обоими не тянется длинный шлейф коррупционных историй и скандалов с отмыванием российских грязных денег в американских банках.
— А какова твоя роль?
— Высказать свое драгоценное мнение, одно из многих. Давно зная Америку, я могу быть более объективным или считаюсь таковым. К примеру, с демократами мне все ясно. Я несколько раз встречался со Строубом Тэлботом, главным советником по России в администрации Клинтона: это старое, еще московское знакомство, и он заверил меня, что политика новой демократической администрации не претерпит существенных изменений…
— А у республиканцев претерпит?
— С республиканцами дело обстоит сложнее.
— Теперь мне понятно, почему ты хочешь прощупать Кондолизу Гатти: Москва приказала? — кивнул Савелий.
— Ну да! Хотя, честно говоря, я не понимаю, почему так необходима моя личная встреча с этой дамочкой? Она достаточно хорошо известна нашим дипломатам-американистам, так как была советником по России у Буша-старшего.
— А ты не подумал, что тебя не во все посвящают? Может быть, результат твоей встречи будет встроен в какой-нибудь новый сценарий будущих отношений с новой администрацией Буша-младшего?
— Это-то и ежу ясно. А тебе, Сергей, как умному человеку, тем более. Я подозреваю, что это Гаврик Петропавловский, главный прогнозист и аналитик Кремля, снова мутит воду.
— Об этом мы узнаем… — заверил Савелий и тут же добавил: — Но в свое время! Извини, Шура, мне очень было интересно тебя послушать, но… — он развел руками, — труба зовет!
— И мне было приятно пообщаться с тобой! — Они дружески обнялись.
— Обязательно! Удачи тебе с этой взбалмошной бабой!..
— Как точно ты ее охарактеризовал… Спасибо! А тебе найти свое чадо побыстрее!..
Расставшись с Позиным, Савелий сел в машину и вернулся к размышлениям, на которые его навел разговор с Моней-Плутом, и ему сразу стало не по себе.