Его Высочество, кронпринц Каэлис Арно открыл Отбор — и, на радость светлым богам, даровал честь танца пяти избранным леди.
Первой, как и повелевает традиция, удостоилась чести Великая Принцесса Зеновия Николетта. Её Сиятельство ослепляла собравшихся в золоте тончайшей выделки и блистала в венценосной тиаре Солнечного Пламени, усыпанной цитринами и лунными сапфирами, некогда принадлежавшими самой королеве Илларии.
Далее последовал танец с леди Арисой Лаэрт — самой юной из приглашённых, всего девятнадцати лет.
Третьей стала леди Кора Монтрас из древнего рода северных графов. Разговор во время танца касался архитектурных школ Иштавара и был, по словам свидетелей, «вежливым, сдержанным и удивительно интеллектуальным». Репортёры отметили, что кронпринц слушал с явным интересом.
Наибольшее внимание Его Высочество уделил неотразимой леди Селине д’Авелин — бесспорной звезде вечера. Их разговор, начавшийся ещё до танца, был столь тёплым и непринуждённым, что даже самые искушённые наблюдатели отметили: между ними возникла особая гармония. Именно леди д’Авелин теперь считается фавориткой Отбора, вытеснив на вторую позицию прежнюю звезду сезонов — леди Лианну Бэар.
Последний танец Его Высочество, к удивлению всех, даровал леди Аделаиде Кейн. Ранее она считалась наименее вероятной кандидаткой из-за возраста, но, о чудо! — шаг принца перечеркнул все списки и возродил новую волну обсуждений.
Ритуальных ухаживаний во время танцев замечено не было, однако достоверные источники утверждают, что между танцами происходили обмены лентами и жестами внимания. Один из таких инцидентов привлёк внимание самого кронпринца, который вмешался, когда одной из дворцовых служащих — леди Миолине Валаре — была предложена нежеланная оранжевая лента.
Среди прочих блистательных моментов вечера особо выделим танец графа Яна Арвеллара и Второй Великой Принцессы Эдель Николеты, недавно завершившей свой траур. Их танец стал подлинным украшением бала, собрав восхищённые взгляды со всех концов зала.