Алестер даже позволил себе секундное удовольствие оттого, что представил бы себе лицо этого надутого князя, если бы тот узнал, сколь глубоко на самом деле были осведомлены британские спецслужбы о действиях русских прямо у них дома. Впрочем, Алестер сразу же отогнал пусть и приятные, но крайне глупые мысли.
Единственное, чего они не знали, — точных причин всего происходящего. Но Алестер разумно предполагал, что для того уровня активности, которые они сейчас наблюдали, мог быть лишь один повод. В конце концов, его появление и заранее спланированный разговор с Меньшиковым, на который он рассчитывал, должны были лишний раз подстегнуть их.
Впрочем, будучи человеком умным, Галахад всегда оставлял себе право на ошибку. Так что он решил, что дождётся момента, когда его цель сама обнаружит себя.
Британский аристократ хорошо запомнил их с Меньшиковым беседу. Очень хорошо. А потому те дни, что он провел здесь, в столице Российской Империи, были потрачены им на сборку дополнительной информации.
И Алестеру стало крайне интересно, кого же именно Меньшиков так сильно хотел оградить от возможной угрозы со стороны Британии. Сам Галахад был весьма прямолинеен в том, что касалось его заявлений. Британский трон не потерпит полумер! Только полноценный и прямой ответ на совершённое преступление. Только кровь могла смыть нанесённое оскорбление и пояснить, что никто и никогда не имеет права поднять на них руку.
К сожалению, Алестер являлся достаточно рациональным человеком в том, что касалось реалистичного взгляда на мир. Русский князь прав относительно того, что в случае возможного полномасштабного конфликта Британии придётся, мягко говоря, непросто. Все его слова относительно проблем на «заднем дворе» также являлись чистой правдой.
Но какое вообще значение могут иметь подобные мелочи, когда на кону стоит честь Британской Империи и её Императора?
Правильно.
— Ваша светлость, похоже, что русские начали действовать.
Чуть повернув голову, Галахад посмотрел на сидящего рядом с ним в машине молодого человека."
"Младший сын виконта Сандерленда сидел сейчас с закрытыми глазами, полностью сосредоточившись на управлении собственным даром.