– Ай-яй-яй. Это от нервов, – сочувственно качал головой следователь. – Как я вас понимаю… Но ведь вы не хотели стреляться? Вы желали избежать дуэли, если бы это было возможно без нанесения урона вашей чести?
– Точно так, ваше превосходительство.
– Тогда почему вы не приняли предложение князя Юздовского о мировой?
Павел задумался. Действительно, почему? Объяснить такую странность он не мог даже самому себе. Впрочем…
– Это все перстень, ваше превосходительство…
– Вот как? – насторожился следователь.
– Как только я надел его на палец, страх и беспокойство прошли. Я уже не боялся дуэли, потому что знал: все будет хорошо…
– Ясненько, ясненько! – Небувайло потер пухлые ладошки. – Значит, без дьявольщины не обошлось?
Павел пожал плечами.
– Хорошо, что наступили просвещенные времена, батенька, – холодно сказал следователь, откидываясь на спинку кресла. – А при Петре Алексеевиче сожгли бы вас, любезный! Заживо сожгли! Что еще желаете добавить?
– Все.
– Еще бы! Из-за безделицы человека на тот свет отправили, – буркнул Небувайло. – Продолжайте.
– Да уж и сказать больше нечего. К вечеру приехали ваши люди и увезли меня сюда, перстень забрали.
В комнате повисла тишина. Было слышно, как поскрипывает перо писаря. Наконец, и этот звук стих.
– Вот и дознанию конец, молодой человек, – сурово заявил следователь. – Расписывайтесь вот здесь и вот тут. Все. В камеру!
– Но почему опять в камеру, ваше превосходительство? Вы же сказали, что дознание завершено."
"– А куда же вас прикажете?! В ресторацию, что ли?! Дознание завершено, а наказание вы еще не получили…
– И что теперь со мною будет?
– Известно что.
– Но я могу рассчитывать на ваше доброжелательство и поддержку? – робко спросил Павел.
– Что? – вскричал следователь. – Это с какой радости?! Вы, сударь мой, убийца.