Опять смотрю на Замиру. Проверяю пульс уже на автомате. Бой крови ровный. Не думаю, что женщине нанесен серьезный вред. По крайней мере, надеюсь, что нет.
Бросить ее так? Оставить? Даже никому не сказать?
Полагаю, у меня нет другого выбора. Затыкаю тихий голос совести. Обрываю всякие душевные терзания.
Пора бежать. Больше шанса не будет.
* * *В кабинете Марата кодовый замок. Поспешно ввожу необходимые цифры. От мысли, что это его же изощренная ловушка или безумная проверка на верность, меня враз охватывает утробный ужас.
Я все равно не остановлюсь. Плевать.
Жму нужные клавиши. Толкаю дверь вперед, влетаю внутрь комнаты, запираюсь, прижимаюсь спиной к твердой поверхности.
Виски разрывает от напряжения. Кровь то закипает, то в лед обращается. Дрожь прокатывается раскаленными волнами по взмокшему телу.
Оглядываюсь по сторонам, изучаю пространство. Впервые попадаю сюда. В святая святых, в место, где творятся чудовищные дела.
Огромное помещение и мебель гигантская. Здоровенные кресла с широченными спинками и громадными подлокотниками.
— Наконец-то! — раздраженно восклицает Егор, хлопая противоположной дверью, стеклянной, ведущей на балкон. — Сколько можно возиться?
— Боже, — сдавленно выдыхаю. — Как… как тебе удалось? Как ты сумел?
— Долгая история, расскажу по дороге, — отмахивается и смотрит на часы. — У нас две минуты.
— Две минуты… до чего? — поражаюсь. — И почему… почему из всех комнат в доме ты выбрал именно эту? Опасно.
— Ну, прости, — усмехается друг. — Только здесь есть такой роскошный балкон, который подойдет для посадки вертолета.
— Ты шутишь? — мои глаза до боли округляются от удивления. — Вертолет? Но как ты умудрился?
— Правда, хочешь это сейчас обсудить? — хватает меня за руки, уверенно тащит по направлению к балкону. — Я — нет. Чем быстрее мы отсюда свалим, тем лучше.
— Подожди, — застываю, не желая двигаться с места.
— Гладко?! — восклицает Егор, явно готовый взорваться от возмущения. — Ты вряд ли представляешь, сколько дерьма пришлось вытерпеть и разгрести, пока я добрался до пункта назначения, чтобы тебя из лап этого урода выдрать.
— Понимаю, — лихорадочно киваю, шумно сглатываю и продолжаю: — Только сложно поверить, что я действительно могу выбраться на волю.
— Не понимаешь, — раздраженно хмыкает.