— Ты… удовлетворен? — облизываю губы, наблюдая, как вновь твердеет и наливается кровью здоровенный орган.
Марат срывает с моего тела остатки свадебного наряда. Белье. Не трогает лишь злополучную кружевную подвязку. После забрасывает меня на плечи. Одна рука обхватывает оба запястья, другая сжимает лодыжки.
Я судорожно дышу. Не вырываюсь. Не шевелюсь.
Он поднимается по лестнице, проходит по коридору, толкает дверь ногой, заходит в темную комнату.
Перед глазами мутнеет и плывет, ничего не удается толком разглядеть.
Еще одна дверь. Толчок. Ванная комната.
Марат заталкивает меня в просторную душевую кабину и проходит следом, включает воду, встает под мощные струи.
Я вжимаюсь спиной в стеклянную стенку. Молча слежу за тем, как он намыливает свое идеально вылепленное тело. Будто скульптура. Ожившая статуя из чистого металла. И пусть не обманывает эта гладкая смуглая кожа. Под ней протекает сталь. Раскаленная.
Когда он поворачивается, замечаю багровые отметины на мускулистых ягодицах.
Точно. Когда он брал меня на столе, я очень сильно сжимала крепкие бедра. Вот и пустила немного крови.
Невольно усмехаюсь. Похоже, у меня тоже получилось его пометить. Хотя бы так. Пусть мелочь. Уже достижение.
А на спине ничего не осталось? На плечах? Клубы пара мешают разглядеть. Вижу исключительно смутные очертания татуировки. Что-то мрачное, жуткое, темное.
— Почему застыла? — резко спрашивает Марат.
— Ты не дал никакого приказа, — отвечаю тихо.
— Играешь в покорную? — хмыкает.
— Принимаю твои правила.
Бросает мне мочалку. Помедлив пару мгновений, начинаю омовение. Использую его гель для душа. Вариантов много. Выбираю один наугад. Ментол. Мята. Безумно приятный аромат.
Это чертовски странно. Купаться с ним. Еще и его гелем для душа. Чувствовать его запах повсюду. Чувствовать его самого. Везде. Внутри. Глубоко.
Встаю под струи воды, рядом с ним, смываю пену. Закрываю глаза. Пробую расслабиться, хотя ноги мелко дрожат и колени подгибаются.
Треск фольги. Оборачиваюсь. Замечаю, как мой тюремщик натягивает презерватив, привычным жестом раскатывает резину по толстому стволу.
Миг — перехватывает дыхание.
Даже вскрикнуть не успеваю.
Марат подхватывает меня под ягодицы и насаживает на возбужденный член. Легко. Как игрушку. Поднимает и двигает, натягивает на твердый орган. Без видимых усилий.
— Опять? — пораженно выдаю я.
— А что не так? — ухмыляется.