– А он не этот?
– Кто?
– Ну, Феоктист, – ничего лучше мне в голову не пришло. А как еще спросить, чтобы не обидеть?
– Кто?!!!
– Тьфу, ты! Какой непонятливый! В смысле он голубой?
– С чего ты взяла?
– Ну, он парикмахер, вернее стилист, а среди них этих ребят много.
– А откуда ты знаешь, что этих ребят среди врачей, например, мало? Или среди инженеров, или среди прорабов? Я вот думаю, что их вообще много. Гораздо больше, чем мы можем представить.
– Ты прав, не аргумент, но у него еще серьги в обоих ушах и волосы длинней, чем у меня.
– А Бред Пит в фильме «Троя» скачет в юбке, он тоже того? У тебя же и юбка наверняка есть.
– Ну, у Бреда Пита еще есть жена и дети.
– И у Артёма жена и двое детей.
– Как хорошо! Я так рада.
– Чему ты рада?
– Всему. Я всему рада.
И правда. Я даже была уже рада, что мы сейчас сядем в такси и поедем к нему. Немного смущало, однако, что в моей новой микроскопической сумочке поместились только ключи от квартиры, тушь для ресниц и губная помада.
На Рождество Олег к родителям тоже не поехал, не захотел оставлять меня одну. Мы целыми днями практически не вылезали из кровати. Только изредка выбирались по магазинам. Кстати джинсы Олег мне, разумеется, тоже купил. И джинсы и пару свитеров, и ботинки на толстой ребристой подошве, и практичный спортивный пуховичок. Так что моя новая жизнь, можно сказать, вполне себе удалась.
Рождество мы отмечали у него. Купили ёлку с игрушками прямо в универсаме и приготовили салат оливье, который Олегу чрезвычайно понравился. А мне понравилось готовить для него еду. Такое было со мной впервые. Обычно приготовление пищи я воспринимала, как трудовую повинность. Может быть от того, что никто так не хвалил приготовленное мной, как это делал Олег.