Глубоко вдыхаю и внезапно замираю под его натиском, чувствуя, как всё тело прошибло мощным разрядом тока. До кончиков пальцев. До мурашек. До сильной неконтролируемой дрожи.
— Быстро ты, — усмехается Денис, хаотично осыпая лицо и шею поцелуями. — Я так не смогу. Так что готовься.
Сказав это, мужчина протягивает руку и шарит в выдвижном ящике прикроватной тумбочки. Достает серебристую упаковку презерватива и встает на колени между моих ног.
С трудом выйдя из сладкой неги, приподнимаюсь на локтях и с любопытством наблюдаю за действиями Дениса.
— Иди ко мне, — шепчет мужчина и нависает надо мной мощной скалой, опираясь на локоть в стороне от моей головы.
Головка касается складочек и прижимается ко входу в пульсирующее лоно.
Напрягаюсь всем телом, вонзаюсь ногтями в его плечи, когда Денис немного проникает внутрь.
— Черт! Так тесно… — шепчет он и целует меня в губы. — Меня так тоже надолго не хватит.
Гладит и сжимает грудь, опускается ниже и сжимает бедро. Протискивает ладонь между мной и постелью и немного приподнимает меня, чтобы в следующую секунду одним резким рывком войти в меня на всю длину.
Вскрикиваю от внезапной вспышки сильной боли. Царапаю ему спину, кажется, до костей. Всхлипываю от нового толчка и сильнее стискиваю бедра, желая сбавить его натиск.
— Ты чего? — шепчет Денис и замирает. Немного отстраняется, чтобы лучше видеть моё лицо.
— Больно, — выдыхаю я и касаюсь кончиками пальцев его губ.
— Ты… — хмурится он. — Ты девственница, что ли?
— Кажется, уже нет.
— Почему сразу не сказала? — хмурится он еще сильнее, но всё же целует кончики моих пальцев.
— Блин! — усмехаюсь я. — Опять табличка с надписью «целка» со лба слетела.
— Ты ненормальная, — качает Денис головой и невесомо целует меня в губы.
— Таким, — останавливаю его шепотом, прижав пальцы к губам. — Первый раз должен быть таким. Для меня. С тобой.
Приподнимаюсь и сама впиваюсь в его губы жадным поцелуем. Запускаю пальцы в его волосы и прижимаюсь сильнее, чувствуя, как он медленно начинает двигаться во мне.
Каждой своей клеточкой ощущаю его дрожь, когда он старается не ускорять темп, чтобы не делать мне еще больнее.