Наоборот, в большинстве глаз окружающих я видела зависть. Все считали, что мне очень повезло привлечь внимание демона. Словно сама по себе я ничего не стою.
Они с Яром первые, кому было не важно моё происхождение, и кто не замечал разницы в нашем положении, никак этого не подчёркивая.
— Лари, даю слово, что к моему согласию на помолвку Ясарат не имеет никакого отношения. А по поводу ухаживаний, Джарр ведь полез за мной на дерево, — защитила я демона.
— Это да, — согласилась Лариэль, но в голосе ещё оставалось сомнение.
— Если к ране присохло — отрывать лучше сразу, одним махом. Когда тянешь, только больнее будет, — ответила ей. — Я поняла, что нам с ним не по пути. Ни за что не смогла бы перешагнуть через себя и согласиться быть второй женой.
Чуть помедлила и сказала о том, что грызло внутри всё время после нашего объяснения с Яром:
— Но и он ради меня тоже оказался не готов отказаться от своих взглядов.
"— Не всё так просто с этим, — вздохнула Лариэль. — В Игенборге свято чтят заветы предков, и плохо воспринимают любые новшества и нововведения. Не суди строго Ясарата. Нельзя вот так просто отказаться от выбранной родителями жены. Этим покажешь неуважение к роду, своим родителям. Такого не будут уважать люди и никто не захочет иметь дело.
— Что значит «не выбрал предок»? — зацепили меня слова.
— Это особенность Игенборга, не бери в голову, — ушла от ответа Лариэль. — Я это говорю к тому, что даже мой брат не может отказаться от невесты, выбранной родителями, без последствий. Он наследник, на нём большая ответственность. Если он хочет развивать Игенборг, продолжая политику отца, то ему необходимо показать народу, что он чтит заветы предков и уважает родителей.